— Понимаю.

— И я не знаю, что можно сделать.

Эйра тяжело вздохнула.

— Я тоже не знаю, что делать. — Но она решила, что убийство Ферро поможет. Сильно.

— Оставайся в безопасности и заботься о своем психическом и эмоциональном благополучии, — твердо сказала Элис. Ее камень начал принимать форму тюленя. — Это все, что тебе нужно делать.

Эйра тихо фыркнула, глядя на реку. Если бы Элис только знала, что она задумала… Эйра вытерла руки о брюки и вцепилась в скамейку.

— Ты же знаешь, я могу быть безрассудной.

— И импульсивной, — добавила Элис с излишней готовностью. — И ты можешь позволить своим внутренним приливам мгновенно унести тебя.

— Да… — Эйра вздохнула. Она скрывала слишком много секретов от подруги. Чем дольше она хранила их, тем глубже становилась пропасть. Она должна была что-то выпустить, иначе ущерб может стать необратимым, когда произойдет неизбежное разоблачение. — Я нарушила обещание, данное тебе.

— Что? — Элис оторвала взгляд от тюленя.

— Я несколько месяцев назад обещала тебе, что не вернусь одна в ту потайную комнату в Башне.

— Но ты это сделала, — закончила Элис после долгого молчания.

— Да, верно. — Эйра опустила голову, не в силах вынести разочарованного взгляда Элис.

— Ты же понимаешь, что я просто пытаюсь присматривать за тобой, верно? Эта комната беспокоила меня. Я не пытаюсь быть злой, навязчивой или контролирующей.

— Маркус тоже пытался присматривать за мной. И куда это его привело? — пробормотала Эйра.

— Эйра…

— Он умер, — ответила Эйра на свой же вопрос.

Элис крепко схватила ее за руку, забыв о поделке.

— Он умер из-за действий злого человека, не из-за тебя. Ты не можешь винить себя.

Эйра уставилась на солнечный свет, отражающийся от реки. В мгновение ока ее разум оказался под водой, пойманный в ловушку, потянутый вниз невидимыми руками. Она вернулась в ту ночь. Она сбежит, а Маркус нет. Он будет востребован этими глубинами.

— В этом больше моей вины, чем ты думаешь, — тихо сказала Эйра. Она могла бы подумать о тысяче вещей, которые хотела бы сделать по-другому. Любая из них могла привести к тому, что Маркус остался бы жив.

— Перестань так говорить, это вредно для тебя.

Эйра покачала головой и встала.

— Я возвращаюсь в свою комнату.

— Ты здесь, чтобы учувствовать в соревнованиях. — Элис тоже встала, преградив ей путь. — Ты боролась, чтобы быть здесь. Маркус хотел бы, чтобы ты воспользовалась этой возможностью — шансом, о котором ты мечтала годами. Пообщайся с эльфами. Узнай больше о стране дракони. Не трать впустую время до начала турнира, отсиживаясь в своей комнате.

— Спасибо, Элис, я подумаю. — Эйра просто похлопала подругу по плечу и отступила, про себя решив проигнорировать все, что только что сказала Элис.

На следующий день, незадолго до ужина, в ее дверь постучали. Эйра вздохнула и встала с кровати. Она надеялась, что они уйдут без нее, а потом появится Дюко, и у них появится какая-то зацепка от Двора Теней. Прошло всего два дня с тех пор, как Денея перевела ее в режим ожидания, и ожидание приказов уже начинало сводить ее с ума.

Эйра ожидала, что там будет Элис, но вместо нее обнаружила Каллена.

— Могу я войти?

— Конечно. — Она пожала плечами и отступила в сторону. Но что она действительно хотела сделать, так это встать в дверях и спросить: «Чего ты хочешь?».

— Элис беспокоится о тебе. — Он не стал терять времени даром.

Эйра с трудом удержалась, чтобы не закатить глаза.

— Я уверена, что вы все находите, чем заняться, а не просто погрязаете в беспокойстве за меня.

— Мы способны и беспокоиться о тебе, и занимать наши часы чем-то большим, чем просто запираться в своей комнате. — Он коротко усмехнулся, а затем его губы снова нахмурились. — Эйра… я беспокоюсь о тебе.

— Это ты уже говорил. — Эйра обхватила себя руками и подошла к окну. — Я в порядке, правда.

— Я в это не верю. — Суровость его голоса придала ему низкий рокот, от которого ей стало больно, но Эйра не знала, чего она жаждет. Снова чувствовать себя в безопасности в его объятиях? С каких это пор Каллен занял это место в ее сознании как человек, с которым безопасно? Тем, кого она хотела бы найти?

Эйра прикусила губу, радуясь, что он не мог видеть выражение ее лица.