— Вампиры были мастерами своего дела. Более того, их фестивали полнолуния привлекали в их цитадель на вершине горы всех — от простолюдинов до высшей знати. Эта дорога приведет вас к большому мосту, который ведет в самое сердце их земель. — Он указывает в западном направлении. — Большая часть земель вампиров находится на полуострове. Это часть того, что позволило так легко загнать их обратно, когда они одичали.

— Лыкины заставили их покинуть свои дома? — Я оглядываюсь на город.

— Только то, что было по эту сторону моста. Это было необходимо. — Его тон серьезен. — Меня там, конечно, не было. Это было тысячи лет назад… Но во всех историях говорится о том, что они превращаются в чудовищ. Об их крови, гниющей изнутри и забирающей с собой разум и чувства. Позор для существ, которые когда-то создавали такую красоту.

— Все истории, которые я когда-либо слышала, рассказывают об их более чудовищной природе, — мягко говорю я. — И никогда ничего о них как о ремесленниках или художниках.

— Их упадок пришелся на время возведения Фэйда; логично, что все, что люди знают о них, — это истории об их ужасах. К счастью, западное море отделяет вампиров от Мира Природы, как и лыкинов. Сомневаюсь, что кто-то пересек границу, — оптимистично говорит он.

Я лишь киваю. Печальная история вампиров. Проклятый народ… Возможно, когда Аврора будет спасена, я смогу попытаться как-то помочь им…

Эвандер указывает в противоположную от моста вампиров сторону. Дорога изгибается через лес на юго-восток.

— Этот путь выведет вас на главную дорогу, ведущую с территории эльфов. Если вы с Авророй сможете пройти так далеко, то окажетесь за пределами территории лыкинов, и Конри станет значительно сложнее преследовать вас за пределами его земель. Отсюда — прямой путь вниз, в земли эльфов. Доберитесь до ворот, и вы обе будете свободны. Конри не посмеет вторгнуться на их территорию без приглашения.

Свободны… Это слово звучит для меня великолепно, а я не перенесла и малой толики того, что перенесла она. И даже не столько, сколько Эвандер.

Я смотрю на него. Делаю шаг ближе и вкладываю свою руку в его.

— И ты будешь с нами, — я заявляю это прямо и откровенно. На этот раз я не прошу. Я говорю, если это необходимо. Если мы с Авророй сбежим при Эвандере, Конри на этот раз убьет его. Второго шанса не будет. — Я не оставлю тебя, чтобы ты встретил его гнев. Если ты действительно не хочешь путешествовать с нами, то сбеги и отправляйся в путь один. Найди милую хижину в стране эльфов. Ты тоже заслуживаешь свободы.

Его губы слегка приоткрываются от шока. Надеюсь, и от признательности. Но в его глазах плещется печаль, грозящая вот-вот перелиться через край. Эвандер обхватывает мою щеку и прижимается лбом к моему.

— Если бы ты только знала, как я недостоин твоей доброты.

— Совсем наоборот. — Я встречаю его глаза и удерживаю взгляд. — Ты достоин всего добра в мире; ты достоин второго шанса на счастье, пути вперед, которого ты никогда не ожидал. — Я говорю эти слова как для себя, так и для него. — И я докажу тебе это, Эвандер, сколько бы времени ни потребовалось.

Глава 28

Мы обсуждаем возможность остаться в деревне на эту ночь, но я решаю, что нам лучше отправиться в обратный путь. По дороге мне нужно найти хотя бы одного духа, иначе я рискую вызвать подозрения Конри по поводу нашего похода в лес. А еще нужно сделать аванпосты15 для меня и Авроры. Учитывая, что у нас с Эвандером ушло почти три дня на дорогу через лес, я ожидаю, что у нас с Авророй уйдет не меньше четырех.

Поэтому я прошу Эвандера сбавить темп. Ехать на волчьей спине все равно быстрее, чем идти пешком, и это стоит того, чтобы сэкономить время, потому что я часто останавливаюсь.

Деревья больше не кажутся размытыми. Я могу проследить за каждой древней линией сплетенной коры. Меняющиеся запахи леса — мокрой земли, когда мы приближаемся к ручьям, гнили поваленных деревьев, свежих листьев, которые падают, как снег, когда ветерок задевает верхние ветки, — больше не смешиваются с моими чувствами.

Мои губы растягиваются в улыбку, и я погружаю руки в мех Эвандера, чувствуя, как он тянется между пальцами. Я похлопываю его по плечу, и он принимает сигнал остановиться. Спустившись на землю, я перехожу к одному из больших деревьев. Несмотря на размеры, в нем нет ничего особенно впечатляющего. Я лезу в сумку, достаю свой швейный набор, выбираю нитку темно-желтого цвета и обвязываю ее вокруг зазубренного остатка длинной сломанной ветки. Золотистая нить едва видна, когда я отхожу, но я чувствую ее как маяк, даже в этом заколдованном лесу.