— Конечно, мой король. — Эвандер склоняет голову.

Конри берет в руки полоску мяса и уходит. Отсутствие Волчьего Короля заставляет стаю расслабиться, а его присутствие покидает их. Некоторые уходят, другие предпочитают понежиться у костра. Многие бросают на меня настороженные и злые взгляды.

Возьмите его, хочется крикнуть мне. Старые боги, заберите его у меня и Авроры, он нам не нужен! Но никто этого не сделает. Потому что не могут. На нас претендует король, и никто из них ничего не может изменить.

— Позволь мне показать тебе лагерь, — говорит Эвандер. — Если ты хочешь стать нашей королевой, ты должна знать о нас больше.

— Спасибо. — Я улыбаюсь и следую за ним, внимательно слушая, как он рассказывает мне о том, как разные стаи бродят по землям, поддерживая башни, которые держат барьеры, защищая несколько постоянных поселений, которые обычно группируются рядом с ними. В то время как другие стаи постоянно живут в городах и поселках лыкинов, занимаясь ремеслом, которое помогает им содержать остальной народ.

При этом мы оба оглядываемся через плечо. Следим за всеми, кто находится рядом с нами.

Без предупреждения Эвандер говорит:

— Сейчас, — и поднимает заслонку палатки.

Я ныряю внутрь, а он следует за мной.

Тьма сгущается вокруг нас в одно мгновение, проникая сквозь тяжелые полотнища, не пропускающие ни света, ни свечей. Далекий костер отбрасывает оранжевый отблеск на одну сторону палатки — на лицо Эвандера, который пристально смотрит на меня Я понимаю, что мы тут совсем одни, и плотнее прижимаю к себе накидку, вспоминая его объятия прошлой ночью, а не близость Конри всего несколько минут назад.

Подстилка знакома, хотя палатка уже достаточно большая, чтобы мы могли в ней стоять. Теперь он не спит в простой треугольной палатке; королевский рыцарь получил достаточно большую палатку, чтобы в ней можно было стоять.

— Делай все, что нужно, быстро; нам не стоит задерживаться, иначе кто-нибудь может заметить. — Его голос стал тише. Я не могу понять, действительно ли он не знает, какова цель этого маленького побега, или нет.

— Тогда не мог бы ты выйти на несколько минут?

— Нет. — Это возвращает мое внимание к нему. На мой пристальный взгляд он поясняет: — Я не могу задерживаться снаружи и рисковать быть замеченным без тебя. Конри поручил мне лично заботиться о тебе.

— И что, тайком уйти со мной в палатку, в одиночку, будет лучше? — спрашиваю я, отчасти любопытствуя, отчасти раздражаясь, что он не делает так, как я хочу. Все было бы намного проще, если бы я могла просто покончить с этим.

— Никто не видел, как мы вошли. Другие, скорее всего, решат, что мы в другой части лагеря. — Он складывает руки. — Не хочу мешать тебе творить магию, которую поручила тебе Аврора. — Пока он говорит, мои щеки теплеют. — Уверяю тебя, я видел все виды магии и…

— Это не магия, — вмешиваюсь я. Жар почти достиг верхушек моих ушей. Слава богу, ночь почти полностью погрузилась во тьму. Надеюсь, зрение его лыкина недостаточно острое, чтобы он смог разглядеть мое смущение.

Его руки перемещаются на бока.

— И что же тогда?

Я глубоко вдыхаю и выдыхаю все следы стыда.

— Мне нужно облегчиться.

Он моргает.

— Лагерные уборные…

— Нет, тупое ты создание, мне нужно удовлетворить себя плотским способом, чтобы снять часть искушения, вызванного чарами Конри. — Я смотрю ему в глаза и произношу слова медленно и четко, не допуская никаких недоразумений.

Он выдерживает мой взгляд.

— Понимаю.

— Думаю, мне будет гораздо легче и быстрее справиться с этой задачей, если ты выйдешь наружу.

— Я же сказал, мы не можем рисковать.

— Даже на пять минут? Уверяю тебя, я делаю это не в первый раз и не задержусь, — говорю я с тихим смешком.

— Стоит ли рисковать тем, что с меня сдерут кожу? — Он делает небольшой шаг вперед и смотрит на меня сверху вниз.

— Конечно, нет, — говорю я, менее требовательно, чем в прошлый раз.

— Потому что это то, чем ты просишь меня рискнуть. Если Конри увидит, что я покинул свой пост на твоей стороне, я не могу быть уверен, что всю мою плоть не отсоединят от костей.

— Почему кто-то следует за ним? — в ужасе вздохнула я.

— Потому что некоторые так же жестоки и злы, как и он. Большинство не знает ничего другого, или у них нет выбора, потому что он контролирует Аврору и поэтому обладает силой, которую никто из нас не может оспорить. Выбирай любое, хоть смешанное — все это жизнеспособные объяснения, и результат от этого не меняется. — Эвандер вздохнул. — Я могу пойти туда и заткнуть уши. — Он делает шаг к входу, становится спиной ко мне и поднимает руки к лицу. — Клянусь, мои глаза закрыты, и я не буду смотреть.