— Я не хочу причинять боль Квареху, — вздохнула она, и к ней медленно вернулся голос. Казалось, магия отдает предпочтение жизненно важным функциям, а затем функциям, к которым она предъявляла требования, например зрению или голосу.

— Ты не причинишь мне вреда, — настаивал он.

— Дракон прав. Его тело вырабатывает кровь гораздо быстрее, чем твое, даже если это новая Химера, — сказал Дерек. — Твоя кровь станет черной, когда его кровь угаснет и твое тело начнет самостоятельно вырабатывать новую кровь Химеры. По сути, мы просто перепрограммировали твою печень.

Флоренс кивнула, и Дерек начал снимать с нее ограничители. Он оставил только те, что были на ее правой руке, пока наконец не выключил аппарат и не вытащил иглы из ее кожи. Флоренс наблюдала за тем, как она истекает темно-золотистой кровью, которую быстро остановила плоть.

— Просто отдохни здесь немного. Не пытайся пока вставать. — Он направился к двери. — Пойду принесу лекарств на всякий случай и еды.

— Тогда тебе пора в постель, — закончила Арианна, когда он вышел из комнаты.

Флоренс устало улыбнулась ей вслед. Ари всегда заботилась о ней, с тех пор как они впервые встретились. Только во время этой поездки Флоренс заметила этот факт. И ее мнение изменилось вместе с цветом крови.

— Ты когда-нибудь думала, что я стану Химерой? — Она сжала руку, представляя себя гораздо сильнее, чем она есть на самом деле.

— Нет, и я бы хотела, чтобы тебе не пришлось это пережить, — пробормотала Арианна.

— Но я очень рада, что пришлось. — Она говорила мягко, надеясь, что ее слова не слишком расстроили Арианну.

— Флор…

— Ари, — впервые Флоренс решительно прервала своего мастера. — Теперь я могу быть кем-то. Я не понимала этого, пока не оказалась здесь, пока мы не отправились в это путешествие. Но я могу не только делать оружие и бомбы. Я могу их использовать. Все здесь сражаются, и я могу им помочь.

— Что ты говоришь? — Тихая паника окрасила ее голос.

— Я хочу помочь восстанию.

— Они не подтвердили, что его существование, — заметила Арианна.

Флоренс бросила на нее взгляд, который, как она надеялась, говорил о том, что ей очень нравится, когда с ней обращаются как с дурой.

— Ну, если это так, я хочу помочь.

— Почему? — Арианна опустила руки. Ее плечи опустились. Даже Кварех обратил внимание на нехарактерную перемену в женщине.

— Ари, ты научила меня верить в возможность. Я сбежала от Воронов не потому, что действительно хотела найти свое призвание, а потому, что просто не хотела быть убитой, когда не смогла пройти тест на пригодность. — Флоренс села ровнее, ее спина откинулась на спинку кресла. — Ты была тем, кто научила меня видеть Лум таким, каким он может быть. Ты хотела, чтобы я стремилась к мечте, а я думала, что ты сумасшедшая, но все равно делала это, потому что ты спасла меня и потому что я хотела успокоить тебя. Я никогда не видела этого.

— Но теперь я вижу, Арианна. Теперь я вижу это, твое видение. Я хочу бороться за него вместе с этими людьми. Я могу здесь что-то изменить. Я могу бороться за настоящие, позитивные перемены. — Флоренс сглотнула, взгляд Арианны превратился в черную дыру, поглощающую ее оптимизм и эмоции. — Ты тоже можешь. Ты можешь сделать то, о чем всегда мечтала. Ты можешь по-настоящему бороться с Драконами. Мы можем остаться?

— Нет, — отмахнулась от нее Арианна.

Флоренс в шоке уставилась на нее.

— Почему? Почему? Разве это не все, о чем ты мечтала?

— Флор, нам было хорошо в Дортаме, тебе и мне. Мы можем вернуться, можем жить своей жизнью.

— Ты научила меня видеть не только то, чем является Лум, но и то, чем он мог бы стать, и теперь, когда я могу это сделать, ты хочешь, чтобы я отошла в сторону? — Флоренс поморщилась. — Для чего мы это сделали? Для чего ты это сделала? Разве не для того, чтобы получить благословение, которое поможет тебе изменить этот мир?

Арианна не ответила, и ее молчание ужалило почти так же сильно, как и сам переход. Флоренс снова опустилась в кресло.

— Ты действительно хочешь лучшего для Лума? — прошептала она. — Или ты хочешь добра только для себя?

— Следи за своим языком.

— Следи за своим, Арианна. — Флоренс поднялась на ноги.

— А ты должна стоять? — Кварех был совершенно забыт.

— Не лги мне — скажи прямо. У тебя когда-нибудь было намерение действительно бороться за возвращение Лума, который ты, по твоим словам, любишь? Или ты только сражалась за прошлое, прикрываясь защитой будущего?