Но разреза на горле оказалось достаточно, чтобы его челюсть разжалась. Она отпрыгнула в сторону, выхватив кинжал. Ивеун без труда парировал его когтями.

Именно тогда он заметил кровь, вытекающую из раны на ее плече. Вкус ее застыл у него во рту. Такая же золотая, как и его, она не кровоточила так, как обычная Химера. На его языке ощущался вкус жимолости, слабая эссенция Финнира и признание, которое не требовало явного вмешательства другого мужчины.

— Арианна! Это Мастер Клепальщик, инженер. Тот самый, из восстания!

Женщина повернулась к Финниру, на мгновение отвлекшись на то, кого ей больше хочется убить. Ивеун бросился на нее, когда она застыла в омерзении, и набросился на нее, как бык. Обхватив ее за талию, он впился в нее. Он почувствовал, как ее нож вонзился ему в плечо.

Золотистая кровь залила его руки, как предзнаменование всех его худших страхов.

— Клепальщик, который утверждал, что сделал Философскую Шкатулку. — Запах крови оживил его, пробудил чувства и придал сил. Ивеун сделал еще один толчок, и она рухнула под его весом. — Уверен, ты сбила с толку многих Драконов своим трюком с золотой кровью.

Арианна уворачивалась от его сильных ударов, и ее кровь оставляла следы на балконе. Катушка на ее бедре вращалась, и леска хлестала вперед, удерживая его на расстоянии. Ивеун пригнулся, едва не пропустив ее, обвивающую его шею. Задыхаясь, она поднялась на ноги и ударила ногой, вращаясь в воздухе, пытаясь зацепить его ногами, когтями или проволокой.

Но Ивеун увернулся от нее.

Женщина была хороша, это он признавал. Ивеун начал смеяться, что только еще больше раззадорило ее. Он понял, как это существо убило его Леону. В этом было гораздо больше смысла, чем в том, что делал неамбициозный и необученный Кварех. Он видел эти движения в яме, и, наблюдая за ее атаками, можно было найти другое объяснение.

Кварех не был могущественным. Син не были могущественными. Именно эта девушка, вундеркинд из двух миров, угрожала ему снова и снова.

Уклонившись от атаки, Ивеун почувствовал, как проволока обвилась вокруг его лодыжки и потянула. Мир ушел из-под ног, и он попятился назад. Она бросилась вперед, коленом впиваясь ему в бок. Он даже не сопротивлялся, а лишь продолжал смеяться.

Это было восхитительно.

— Я ожидала от Короля Драконов большего, — прорычала она.

— Мне больше не интересно сражаться с тобой, мой питомец. — Ивеун расслабился, краем глаза заметив движение. — Ты ценнее живой, по крайней мере пока.

— Ты проиграл. — Она торжествующе подняла кинжал.

— И ты упустила шанс убить меня, как ребенка, которым ты являешься.

Колетта нависла над Химерой, который думал, что он у нее в руках. В ее руке был самый маленький из кинжалов, чуть больше ножа для писем. Без единого выражения лица она вонзила крошечное лезвие в шею Арианны.

Вторая рука Арианны поднялась к ране, и она в шоке обернулась. Но ее глаза уже потеряли фокус: артерия быстро несла яд Колетты к ее мозгу. Химера повертела в руке клинок и отмахнулась.

Колетта без труда уклонилась.

Не удержав равновесия, Клепальщик опрокинулся набок и упал на бок Ивеун. Ее глаза неподвижно смотрели на него. Единственное, что могло его атаковать. Но взглядом не убьешь, и Ивеун встал.

— Она тебя несколько раз атаковала, — поддразнила и наказала Колетта.

— Я просто не хотел ее убивать, — объяснил Ивеун.

— Я так и подумала. — Колетта наклонилась вперед и вытащила кинжал из шеи женщины. — Яд подействует в течение часа. Перемести ее до этого.

Ивеун с восхищением и леденящим ужасом наблюдал за золотистой кровью, сочившейся из отверстия. Вот на что способны Фентри, если предоставить их самим себе. Способность стать достаточно могущественными, чтобы убивать Всадников Дракона и бросать вызов даже самому Доно. И все это благодаря силе украденных органов.

— Твоя проницательность не имеет себе равных. — Колетта начала собирать свои вещи, лишь бросив на него предостерегающий взгляд, который показал, что она его услышала. Ивеун посмотрел на Финнира, понимая, что его товарищ испытывает дискомфорт. Они очень редко принимали гостей в своих покоях. — Ты можешь мне многое рассказать, — обратился он к синему Дракону.

— Я скажу тебе все. — Финнир уткнулся мордой в землю у ног Ивеуна. — Но у нас есть более насущные дела. Петра поклялась бросить мне вызов сегодня в суде.

И Петра победит.

Ивеун вздохнул. Синий мешок плоти, лежащий перед ним, порой доставлял больше хлопот, чем стоил. Как бы легко ни было разделаться с Финниром раз и навсегда, это было бы полумерой, легким путем. Он слишком долго лечил Финнира, чтобы тратить на это силы.

— После вчерашнего дня суд не нужен, — объявил Ивеун. — У нее не будет возможности бросить тебе вызов, поскольку мы будем в Лисипе в течение часа. Я объявлю об окончании суда.