– К черту их! – рявкает Смерть, перекидывая меня через плечо, а затем снимает с моих ног туфли, отбрасывает их в сторону и подхватывает меня на руки. – Я все равно хотел понести тебя на руках.

Держась в тени, мы движемся по улицам города, пока наконец не находим дорогу к дворцу Эроса. Смерть несет меня по золотым залам, пока мы возвращаемся к омуту.

Остановившись возле него, Смерть опускает меня на землю, и тут я замечаю знакомый красный блеск в его кармане. Не знаю, что на меня находит, но я тянусь и вытаскиваю источник блеска из его кармана.

Сердце колотится в груди, когда я смотрю на пакетик, перевязанный красной ленточкой.

– Где ты это взял? – спрашиваю я, глядя на замершего мужчину.

– Хейзел, я…

– Где ты его нашел?

– В лесу, где я встретил тебя.

– Когда?

Смерть колеблется, прежде чем ответить:

– В тот день, когда встретил тебя.

– И ты не отдал его мне?

– Я хотел, но…

– Но ты солгал. Ты сказал мне, что не нашел его. Зачем?

– Я… Я не смог отдать тебе что-то, что напоминало бы о любви другого мужчины.

Я качаю головой и отступаю на шаг от него. Мое сердце разрывается на части, пока я пытаюсь осмыслить то, что он только что сказал.

– Пожалуйста, Хейзел, я не хотел делать тебе больно.

– И все же ты сделал, тебе удалось. Неужели ты хочешь разлучить меня со всеми, кто меня любит? – говорю я сдавленным голосом, а затем разворачиваюсь и выбегаю из сада.

– Хейзел, подожди!

Я не останавливаюсь. Не оглядываясь, я проношусь через дворец и вырываюсь на улицы незнакомого города. Я бегу босиком по камням, но несмотря на боль, все равно не останавливаюсь.

Добравшись до городских ворот, выскальзываю наружу, не обращая внимания на то, что за спиной меня окликают по имени, и мчусь в сторону возвышающегося леса.

Добежав до линии высоких деревьев, я наконец останавливаюсь и начинаю настороженно вглядываться в темноту за ними.

– Хейзел, пожалуйста, позволь мне все объяснить.

Я поворачиваюсь и вижу, что Смерть медленно приближается, разведя руки в стороны.

Мое сердце сжимается от боли, и я понимаю, как же глупо поступила… и как глупо будет не позволить ему хотя бы попытаться объяснитьcя. Только лишь я открываю рот, чтобы согласиться, как из-за его спины вдруг внезапно выпрыгивает огромное белое чудище.

Из моего горла вырывается крик, когда я замечаю его огромные когти и клыки, и я, спотыкаясь, отступаю к деревьям как раз в тот момент, когда Смерть оглядывается через плечо.

И в следующую же секунду я оказываюсь в растерянности.

Одна, вокруг меня нет ничего и никого, кроме деревьев.

Ни белого чудища.

Ни Смерти.

Моргая, я делаю еще один шаг вперед, а потом кричу, зовя Смерть.

Но в ответ лишь тишина.

Паника подкатывает к горлу, когда я поворачиваюсь и вглядываюсь в бескрайние просторы леса вокруг. Я снова кричу, окликая Смерть.

Ничего.

Развернувшись, я бросаюсь бежать через деревья. Конечно, он же был позади меня, он шел прямо за мной. Я смогу найти его снова.

Только услышав ужасающее рычание, я бросаюсь бежать в противоположном направлении. Я не позволю этому месту или этим существам завладеть мной.

Я буду бороться до конца.

Я возвращаюсь в свой человеческий облик, когда Смерть поворачивается ко мне. Ярость накатывает на него мощными волнами, и он начинает покрывать меня проклятиями.

– Будь ты проклят, Эрос. Я осуждаю тебя на вечные муки и на небесах, и в аду! Ты прекрасно знал, что не надо было и пытаться соблазнять Аида!

Я понимаю его гнев и чувствую к нему то же самое. Я подхожу к нему, встречая резкими словами.

– Я? Да будь проклят ты! О чем, черт возьми, ты думал, – восклицаю я, изо всех сил пытаясь взять себя в руки, – чтобы вот так выкрасть Хейзел?!

– Все зашло слишком далеко, Эрос, – отвечает Смерть.

В этот момент мы почти вплотную прижимаемся друг к другу, и каждый из нас делает глубокий гневный вдох. Мгновение я жду, что Хейзел остановит меня. Встанет между нами, как она обычно делала, чтобы разнять нас.

Но никто ничего не говорит и никто не останавливает нас, пока мы стоим, готовые наброситься друг на друга.

Нахмурившись, я оглядываюсь по сторонам и понимаю, что Хейзел нет.

Мой гнев улетучивается, а на смену ему приходит страх.

– Где Хейзел? – спрашиваю я.

– Она… – начинает Смерть, оглядываясь по сторонам и внезапно осознавая, что ее здесь нет. – Она была прямо передо мной. Ты спугнул ее, глупец!

Когда он смотрит на меня, гнев в его глазах сменяется страхом. Страхом, таким же ужасным и жутким страхом, какой уже испытываю я. Я никогда не видел, чтобы Смерть выглядел таким испуганным, как сейчас. В любое другое время я бы даже насладился этой картиной. Но сейчас это не приносит вообще никакого удовольствия.

Сейчас на кону стоит жизнь Хейзел.

– Мы должны найти ее, – говорю я. – Сейчас же.

Смерть кивает, а я снова трансформируюсь.