От этих словах мои внутренние мышцы сжались, и он резко убрал палец.

– Пожалуйста, Кейд. – Он мрачно улыбнулся мне, и я дернула за галстуки, проверяя, не поддадутся ли они. – Если не собираешься доводить меня до оргазма, развяжи, и я сама позабочусь о себе.

– Конечно, я хочу этого, такова цель сегодняшнего вечера. Как думаешь, чем я занимаюсь сейчас? – У него ушла целая минута на то, чтобы провести большим пальцем по моему клитору… всего один раз.

– Кейд, ты ведь сам знаешь, что действуешь слишком медленно. Мне нужно больше. Пожалуйста.

Я снова оказалась на грани.

– Пожалуйста что? Скажи, чего ты хочешь на этот раз: меня или чтобы я снова позвал Родни.

Двигая бедрами, я не сводила глаз с его сильной руки у меня между ног.

– Если мы будем двигаться так медленно, можно снова позвать Родни.

Кейд зло прищурился.

– Правда, куколка? Тогда скажи, кто всегда заставляет тебя кричать?

Я открыла рот, ощущая потребность бросить ему вызов.

– Родни?

Вырвавшийся из него животный рык задел все чувствительные струны моей души.

– Клянусь, Иззи, тебе нравится перечить мне и выводить из себя. Скажи мне правду, или я буду мучить тебе всю ночь, не давая кончить.

Его взгляд, пропитанный ревностью голос и намеренно медленная прелюдия заставляли меня вибрировать от разочарования, потребности и таких сильных эмоций, которые я никогда не позволяла себе испытывать раньше. Сдаваясь, я поняла, что хочу испытать их все. Я жаждала почувствовать все, пока Кейд трахает меня. Но я хотела познать все это с ним и только с ним.

– Я хочу тебя. Сейчас же.

Он ускорился, двигаясь резче и настойчивее. Ввел в меня три пальца и стал двигать ими, позволяя мне вращать бедрами. Я кончила в считанные секунды, выкрикивая его имя и конвульсивно сжимаясь вокруг его пальцев.

Он улыбнулся, глядя на мою покрытые влагой губы.

– Милая грязная негодяйка, – сказал он, расстегивая рубашку. – Знаешь, что я люблю делать с такими?

– Что? – прошептала я, пытаясь отдышаться.

Он расстегнул брюки и снял их. Обнаженный Кейд являлся настоящим произведением искусства. Он возвышался надо мной, его украшенный пирсингом член был твердым, а еще выглядел очень толстым и длинным. И все же даже несмотря на недавний секс, я жаждала повторения.

– Мне нравятся, когда негодяйки молча слушают приказы. Предлагаю использовать твой рот для более приятных вещей, чем разговоры.

Он не дал мне времени на ответ, просто наклонился и уткнулся членом мне в губы. Затем уперся руками в стену над изголовьем и произнес:

– Открой рот.

– Я…

Кейд толкнулся в меня, затыкая. Он трахал мой рот быстро и жестко, словно от этого зависела его жизнь. Я с радостью принимала каждый толчок и при этом покачивала бедрами. Мне нравилось наблюдать, как он расслабляется, как нуждается во мне в этот момент, и нравились слова, которые он при этом произносил.

– Куколка, я буду трахать тебя всю ночь. Буду продолжать до тех пор, пока ты не устанешь настолько, что не сможешь ходить, дышать и говорить, а будешь только выкрикивать мое имя. Только мое, ничье больше.

Он быстро толкнулся в последний раз и кончил мне в рот, а затем опустился и подложил мне под попу подушку.

– Больше никаких мужчин рядом с моей киской, поняла?

– Кейд, – я потянула за галстуки. – Мы ведь всего лишь ве…

– Все веселье только со мной. – Он раздвинул мои складки. – Ты моя.

– Кейд, я больше не могу, – прошептала я, потому что тело дрожало, и я сомневалась, что способна на большее.

Но он нахально улыбнулся.

– Я доставлю тебе еще один оргазм, а потом все равно продолжу трахать тебя, детка. Ты на моей стороне. Моя сторона, мои правила.

После этого он опустил голову и принялся пожирать меня.

Всю ночь я выкрикивала его имя. Кажется, в какой момент я даже отключилась. И ни на секунду не пожалела об этом.

То, что дал мне этот мужчина, что он организовал для меня, позволяя без стыда исполнять свои желания, казалось опасным, потому что я поняла, что больше не хочу сдерживать свои эмоции и желание.

Я чувствовала себя свободной.

Живой и несокрушимой.

Но на самом деле все было иначе.

Кейд

Меня разбудила вибрация телефона Иззи, доносящаяся из гостиной. Кто-то снова писал ей, и, учитывая ранний час, нужно было выяснить, кто именно. Не желая уходить от нее, я взял свой телефон и сделал то, что у меня получалось лучше всего. Взломал ее аппарат.

Да, это было настоящее вторжение в личную жизнь, то, чего никогда не должен делать мужчина, и все же я провернул это без малейших угрызений совести. Если мы собирались продолжить в том же темпе, у нее все равно не останется от меня никаких секретов.