Этот ублюдок заслуживает того, чтобы провести несколько дней взаперти дома за то, как он поступил с ней. Я в настроении поквитаться, и поскольку я не могу сделать это с парнем, который этого заслуживает, Трентон — хороший вариант. Мы обе смотрим на Эмили.

Она вздыхает, сдаваясь.

— Да, да.

— Отлично, — Жасмин разворачивается, но, когда она проходит мимо мужского туалета, дверь распахивается, сбивая её с ног.

Кросс, один из Темных Королей, выбегает из уборной, засунув руки в карманы своих рваных джинсов. Он носит черную кепку задом наперед и толстовку «Wildcats» с капюшоном. У всех игроков этой бейсбольной команды есть такая же.

— Прошу прощения? — окликает Жасмин.

Он игнорирует нас и продолжает идти по коридору к черному ходу, ведущему к бейсбольным полям. Тренировка начинается через тридцать минут. На его точеном лице смешанное выражение раздражения и злости.

— Ублюдок, — кричит она, щелкая пальцами за его спиной.

Эмили вздыхает.

— Ты что, сегодня просто нарываешься на неприятности?

— Что? Этот идиот ударил меня дверью, — она потирает свою задницу.

— Он член Темных Королей, — шепчет Эмили, обводя взглядом опустевший коридор.

Жасмин усмехается.

— Я ни перед кем не преклоняюсь. И только потому, что ты сосешь одному из Королей, это не значит, что я должна целовать его в задницу.

Я опускаю голову.

— Может, вернемся к делу?

— Мне пора, — перебивает меня Жасмин. — Но да, я заеду за вами обеими чуть позже десяти. Будьте готовы и наденьте всё черное. Не хочу, чтобы вас видели. И не беспокойтесь. Я вас прикрою, — затем она идет по коридору и выходит через двойные двери, направляясь домой.

— Зачем мы теряем время? Ты же знаешь, что она вернется к нему завтра, когда он позвонит, чтобы отругать её за то, чем мы занимаемся сегодня вечером.

Эмили вздыхает.

— У тебя есть занятия поинтереснее?

Она собирается ответить, но тут звонит телефон.

Мое сердце учащенно бьется, когда я смотрю на свой, который держу в руке, надеясь, что это Лука.

— Фу! — она топает ногой.

Я стискиваю зубы. Зачем я это делаю? Почему я позволяю ему выводить меня из себя? Почему меня это так волнует, когда совершенно очевидно, что он этого не делает?

Боже.

— Кто, чёрт возьми, разрывает твой телефон? — раздраженно спрашиваю я. — Твоя мать?

Её родители очень строгие. Они даже не подозревают, насколько необузданная их маленькая девочка. В нашем тесном кругу она всегда притворялась невинной. Даже сейчас, будучи второкурсницей колледжа, она ждет, пока они лягут спать, а затем тайком пробирается на все вечеринки. Я не знаю, как её до сих пор не поймали. Моя мама и раньше лгала, чтобы прикрыть её. Жасмин тоже. В конце концов, её мать спохватится и запретит ей общаться с нами.

Трр. Трр.

Мы останавливаемся, и она сует свои книги мне. Я шумно выдыхаю, стараясь не уронить их вместе со своими.

— Кто, чёрт возьми, знает, — она рычит, роняя сумку на пол и доставая телефон из бокового кармана.

Трр.

— Это Боунс, — она вздыхает, пока её голубые глаза бегают по экрану.

— Конечно, это он.

Я убираю свой. Она может попросить своего парня отправить ей сообщение, но я не могу заставить парня, которого я люблю, даже признать меня.

Она закидывает сумку на плечо и печатает дальше.

— Он хочет, чтобы я встретилась с ним перед началом тренировки по бейсболу.

— Для быстрого перепихона? — спрашиваю. — Эм, ты должна перестать бежать к нему при первом зове. Ты в его полном распоряжении каждую минуту дня.

Я никогда не видела, чтобы девушка так зависела от члена. На самом деле это жалко. И правда в том, что она даже не любит этого парня. Она просто помешана на его члене. А он — на её киске.

Её голубые глаза с вызовом смотрят на меня, и я напрягаюсь, зная, что за этим последует.

— А как же с Лукой?

Эти слова заставляют меня ненавидеть Луку Бьянки ещё больше. Чёрт бы его побрал…

— Это совсем другое.

— Объясни мне, — она выгибает идеально темную бровь.

Я не могу.

Единственная разница в том, что я люблю парня, который меня использует.

Вздохнув, она добавляет:

— Прости, я…

— Все в порядке, — отмахиваюсь от нее. Это не её вина, что я злюсь. Или что Лука забыл обо мне.

Она прикусывает свою накрашенную нижнюю губу. Её голубые глаза опускаются, чтобы посмотреть на телефон, и я вижу, как она борется с собой: послать его к чёрту или встретиться с ним, чтобы выебать ему мозги.

— Его член не может быть настолько хорош, — возражаю я.

Она вырывает свои книги у меня из рук.

— Он сейчас через многое проходит.