— Я в порядке, — закатывает глаза Лэйк. — В следующий раз ты скажешь, что мне следует уволиться.

Я просто смотрю на нее.

— Тайсон… — она делает шаг ко мне. — Ты же несерьезно.

Я обхватываю ладонями лицо Лэйк, наклоняюсь к ней, и ее взгляд смягчается.

— Это небезопасно. Не сейчас.

Она отстраняется, и моя рука опускается.

— Так ты хочешь сказать, что тебе не все равно, буду я жить или умру?

— Конечно, мне не все равно, черт возьми, — прищуриваюсь я, глядя на нее.

— С каких пор? — хрипло смеется Лэйк.

Я игнорирую этот вопрос.

— Ты уволена. И точка.

Пройдя мимо нее, я подхожу к комоду и открываю его, чтобы взять боксеры.

— Значит, сначала ты заставляешь меня работать здесь в наряде шлюхи, а потом увольняешь?

Я смотрю на нее в зеркало, а она глядит на меня, уперев руки в бока.

— Что я должна делать, Тайсон? — требует она. — Просто сидеть здесь и ждать, пока ты со мной поговоришь? А? Видеть тебя только тогда, когда ты захочешь меня трахнуть?

— Нет, — рычу я.

— Тогда какого хрена я должна делать со своей жизнью? — кричит она.

— Остаться в живых, — отвечаю я. — И ты не сможешь этого сделать, если тебя там зарежут.

Она фыркает.

— Господи Иисусе, Тайсон. Это такая чушь, и ты это знаешь.

Лэйк сердито стягивает шорты с ног, расстегивает купальник, сбрасывает туфли вместе с колготками и бросает их на пол. Она стоит обнаженная у меня за спиной, и я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на нее.

Мой взгляд падает на свежую рану у нее на боку. Гэвин сказал, что швы рассосутся, поэтому снимать их не нужно, но рана все еще красная и вокруг синяк. Подойдя к кровати, Лэйк откидывает одеяло и забирается в него. Она натягивает одеяло и смотрит на меня, скрестив руки на груди.

— Что ты делаешь? — спрашиваю я со вздохом.

— Это то, чего ты хочешь от меня, верно? Жду тебя здесь голой? — она приподнимает темную бровь, и я сжимаю кулаки. — Почему бы тебе просто не связать меня и не оставить здесь, пока ты не будешь готов использовать меня.

— Лэйкин, — рычу, злясь на нее и на себя. Она так думает, потому что я так с ней обращался.

— Вот на что я гожусь.

Она пожимает плечами.

— Только не обрюхать меня, — с грубым смешком добавляет она. — Потому что я недостаточно хороша, чтобы родить ребенка Тайсону Кроуфорду.

— Лэйк! — рявкаю я.

— Но моя сестра была такой, — продолжает она. — Уитни была достаточно хороша, чтобы трахаться с тобой и залететь.

Я провожу рукой по своему небритому лицу.

— У меня нет на это времени.

— Тогда, может быть, тебе не стоило заставлять меня выходить за тебя замуж, — пожимает плечами Лэйк. — Тогда ты был бы волен трахаться с кем хочешь.

Мне хочется броситься к кровати, обхватить Лэйк за шею и задушить. Привязать ее к кровати и оставить там, пока я пойду на работу, зная, что, когда вернусь, она будет умолять меня трахнуть ее. Но я не могу. Не сейчас.

Поэтому я поворачиваюсь и выхожу из спальни, захлопнув за собой дверь, и направляюсь в свой кабинет.

ЛЭЙКИН

Он повернулся и вышел из спальни. Не знаю, почему я удивлена. Или почему меня это, черт возьми, волнует. Увидев, как Тайсон убил в подвале того парня, я захотела драки. Что-то в том, как он убил его ради меня, заставляет меня сомневаться во всем.

Это не было похоже на то, как он убил Уолтера за то, что тот прикоснулся ко мне, или Коллина за то, что я сидела у него на коленях. Это было... по-другому. Это было не «не трогай то, что принадлежит мне». Это было «Ты причинил вред тому, что принадлежит мне, и я заставлю тебя заплатить за это».

Я ненавижу то, как сильно это заставляло меня чувствовать себя любимой. Насилие не равно любви. Лорд убивает ради своей гребаной клятвы, но это не значит, что он любит. Но я никогда не видела, чтобы Лорд ненавидел то, что он делает. Их с раннего возраста приучали принимать пытки и смерть как свою жизнь. Их деды делали это, и они видели, как это делали их отцы.

В мире, полном зла, Лордов учат быть лучшими.

Поэтому попыталась разозлить его. Боялась, что Тайсон узнает, что я видела его внизу. И что могу подумать, будто небезразлична ему. Это глупо, правда. Думать, что ему не все равно, что я чувствую.

Я встаю и слышу, как звонит мой телефон. Беру его и вижу, что это сообщение.

Блейкли: Привет, куколка. Как у тебя дела сегодня?

Они с Эллингтон обе пишут мне с тех пор, как меня пырнули ножом. Полагаю, Тайсон рассказал Раяту и Истону о том, что произошло. А они передали своим женам.

Я: Хорошо.

Что еще можно сказать? «Эй, у меня все отлично. Меня только уволили с работы, и теперь я практически под домашним арестом, потому что мой муж думает, что кто-то хочет меня убить. Но он мне об этом не говорил. Я просто подслушала, когда он убивал парня».