— Ты хочешь, чтобы я разрушил твою маленькую киску?

— Да, — моим ответом был стон, напряженный от предвкушения и дрожи.

— Да, пожалуйста…

Его головка прижалась к моему входу, затем внутрь, каждым дюймом плотно сжимая меня вокруг. Он склонился надо мной и провел когтями по моей спине, когда начал толкаться. Когда он сказал, что уничтожит меня, черт возьми, он имел это в виду. Боль и растяжение, когда он трахал меня, заставили бы меня изо всех сил удерживать свое положение, если бы он не удерживал меня на месте.

Согнувшись, лицом к траве, сильные руки удерживали бедра на месте, от которых, я знала, не было спасения — я была просто в восторге от этого.

У меня никогда не было проблем с вокалом, но, Боже, мой голос звучал жалко. Всхлипывая при каждом толчке, что-то среднее между словами и животными криками. Он вытрахал из меня все человеческое и оставил мне лишь трясущуюся, нуждающуюся игрушку для его использования.

— Как ты себя чувствуешь, куколка? Его пальцы запутались в моих волосах, когти царапали кожу головы. — Используй свой голос, давай же. Или ты вообще больше не можешь говорить?

— Так хорошо, черт возьми, так приятно больно.

Мой язык запнулся на этих словах. Язык был просто слишком сложным. Мой разум быстро погружался в пространство жаркой, удушающей темноты, но я была совершенно счастлива задыхаться там, счастлива тонуть в экстазе. Я выгнула спину, прижимаясь к нему, несмотря на боль. Ощущение его члена было непохоже ни на что, что я когда-либо испытывала, выпуклое и набухшее там, где не могло быть ни у одного мужчины, так что каждый толчок был шокирующим.

— Это может стать судьбой твоей души.

Он садистски рассмеялся.

— Все, что требуется — это простая сделка, и ты моя. Моя, чтобы пользоваться и получать удовольствие, как я пожелаю. Моя, чтобы пометить, мое, чтобы причинять боль.

Он сильно прижался ко мне, так сильно, что мой стон был почти всхлипом. Черт, боль делала удовольствие намного слаще.

— Ничего страшного, если ты еще не готова отдать свою душу, но ты это сделаешь, куколка. Ты уже сдалась.

Он входил в меня долгими, уверенными толчками. Я ничего так не хотела, как ощутить его сперму внутри себя, заполняющую меня.

— Леон… дай… дай мне…

Я не могла вымолвить ни слова. Это было слишком хорошо. Он приподнял меня, так что я оказалась на четвереньках, обхватил мое лицо и сжал щеки.

— Что? — прорычал он. — Говори громче, Рэй, я тебя не слышу

— Я хочу…твоя сперма…

Он сжал сильнее, заставляя мой рот открыться. Он скользнул двумя пальцами внутрь, опасно острыми когтями касаясь моего языка. Мой рот был вынужден оставаться открытым, и у меня потекли слюнки, когда он надавил на мой язык. Он запутал меня во всех отношениях, и я могла только вскрикнуть, когда его темп ускорился, и внезапно я почувствовала, как его член пульсирует внутри меня.

— Скажи это еще раз, — сказал он, низко склонившись над моей спиной. Его голос в моем ухе, казалось, отдавался эхом в моей голове и звучал в самой моей крови.

— Умоляй об этом. Проси о том, чего ты хочешь.

Я не могла произнести ни слова, когда его пальцы были у меня во рту, но это не помешало мне попытаться. И именно тогда я поняла — стоя на коленях и бессмысленно бормоча, пуская слюни по подбородку, практически всхлипывая от удовольствия, — что он был абсолютно прав. Я уже сдалась. Я сказала, что не отдам ему свою душу, но я практически уже отдала ее ему.

Я отдалась демону, и пути назад не было.

— Пожалуйста… пожалуйста… пожалуйста, — это было все, что я смогла выдавить. Чем больше я умоляла, тем больше моя киска напрягалась и начинала сжиматься вокруг его члена. Мой последний оргазм потряс меня, но этот захватил в меня мертвой хваткой и не отпускал. Я всхлипнула от силы этого, и он засунул свои пальцы чуть глубже мне в рот, чтобы я не могла заглушить свои звуки. Я была уверена, что говорю достаточно громко, чтобы разбудить мертвого.

Мое удовольствие довело его до пика, и его и без того толстый член набух еще больше. Он прикусил мое плечо, пока пульсировал, изливаясь внутрь меня. Он убрал пальцы от моего рта и потянул мои бедра назад, глубоко вжимаясь в меня, когда кончал, наполняя меня до тех пор, пока я не почувствовала, как он стекает по моим бедрам.

18 Леон

В тот момент, когда она посмотрела на меня своими широко раскрытыми, дерзкими карими глазами и сказала мне сделать это, я понял, что влип из-за этой девушки. Глупо, безумно облажался. Когда она добровольно стала моей жертвой, мне захотелось утащить ее в Ад прямо здесь и сейчас.