Лес сгущался, и я уже догадалась, что они загоняют нас, как диких зверей. Лошадей мы давно бросили, чтобы их топот и ржание не привлекали внимание. Да и лес слишком густой, чтобы пробираться верхом. В отличии от нас, твари Курда прекрасно знали местность. Я бросила взгляд на Лили и сильно прижалась губами к головке Василики, стараясь унять панику и не смотреть на заснеженные деревья от вида которых тошнота подступала к горлу и ужасом сковывало все тело.

— Куда мы бежим? — тихо спросила Лили, продолжая следовать за мной и я лишь отрицательно качала головой, потому что я не знала куда мы едем. Куда нас загоняют нейтралы. И вдруг мы обе замерли у ямы похожей на медвежью, если бы здесь были звери, но скорей всего это когда-то служило ловушкой для лазутчиков. Я перевела взгляд на Лили и судорожно глотнула воздух. Курду не нужна она — ему нужны я и Василика.

— Нет… нетнетнет я не оставлю тебя!

А я киваю и вытаскиваю из перевязи спящую Василику, протягивая ей.

— Нееет… нет! Я не могу! Ник доверил вас мне! Я не могу бросить тебя!

А вдалеке снова ржание лошадей и я толкаю Лили в плечо показывая ей страшное лицо, но она не понимает меня, а я беспомощно оглядываюсь по сторонам. Они вот-вот выйдут на наш след. Я показываю ей на свой нос на Василика и снова делаю страшное лицо… и она понимает меня наконец-то понимает… Если выпустит свою сущность ее запах покроет запах девочки. Наверное, это страшный риск — вот так довериться носферату… Но это мать Ника и мне больше некому. Смотрю, как меняется ее лицо, как появляется жуткий монстр с длинными когтями и светящимися глазами, отсчитывая секунды и в ужасе готовая выхватить дочь и сражаться, если сущность изменит ее сознание. У расы летучих мышей так бывает. Но Лили прижала малышку к себе и спрыгнула в яму сама. Вот так! Да!.. Вот так! Я забросала яму ветками елей, прикрывая сверху. Трупная вонь от тела и дыхания носферату забивалась в ноздри, перекрывая все другие запахи. Нейтралы решат, что здесь сдохло животное… Должны решить, мать из, иначе это будет мой личный апокалипсис, если они найдут Лили и Лику. Я набила перевязь короткими ветками, словно там кто-то есть, оглядываясь по сторонам и прислушиваясь к тишине… Они близко я знаю. Кожей чувствую тварей. Ну что, Купд? Я тоже готова поиграть… и, наверное, эта игра станет для меня последней. И побежала прочь от ямы.

«Я не понимаю где. Покажи мне Марианна. Покажи!»

Голос Ника вскрывает тишину и я истерически кричу: «Не знаю… боже, я не знаю… смотри и запоминай это место — я тут оставила твою мать и дочь. Запоминай, чтобы нашел их… Я уведу Курда. Уведу от них. Их так много Ник… опять этот лес…»

Я не могла унять истерику, меня колотило крупной дрожью от страха и паники, я надкусила запястье, оставляя кровавый след на снегу, петляя между деревьями, утопая по колено и спотыкаясь, понимая, что надолго меня не хватит. Я все еще не способна к регенерации. Я выбьюсь из сил как любой смертный.

Голос Курда раздался совсем рядом.

— Ну и куда мы бежим так быстро? Не надоело бегать? Не устала?

* * *

Сухие ветки деревьев, покрытые колючками, цепляются за воротник, царапают лицо, закрывая обзор. Вспрыгнуть на одну, вторую, третью, понимая, что снизу я не доберусь… не успею. И так же понимая, что как только отойду подальше, всё же должен буду спуститься вниз, иначе не узнаю места, которые она покажет мне. Мать твою, Марианна, я надеюсь ты сможешь показать. Дикий страх за неё. я уже забыл, каково его чувствовать. Какого до истерики, до самой настоящей истерики ощущать, как он пульсирует в венах. Куууурд… конченая тварь, только попробуй прикоснись к ним. Только попробуй причинить им вред.

Ощущение самого настоящего ужаса, когда видишь, как по ту сторону река зверь нападает на всё, что тебе дорого, зверь пытается разодрать в клочья всю твою жизнь, а ты не в силах ничего сделать.

Вот только я не видел ничего и пока понятия не имел, насколько этот зверь близко к ним сейчас. Вдруг сильный толчок, и я падаю с очередного дерева на землю, придавленный телом оскалившегося Сэмаю Его лицо изуродовано яростью, и он почти готов вонзиться длинными клыками мне в глотку.

— Отпусти, придурок. Нет времени.

— Черта с два ты отправишься туда один! Покажи мне, где они.

— Быстро свалил отсюда! Черта с два я приведу Курду еще и сына!

Выпалил обозленный и мы вдруг оба застыли. Выражение ярости на его лице сменилось изумлением, а после — болью.

Отцепил его руки от себя, вставая и опрокидывая парня на землю.

— Оставайся здесь, здесь твоя помощь нужнее. Они не справятся.

Он зарычал, резко вспрыгивая на ноги.

— А мне по хрен, не справятся — пусть подыхают. Где моя мать и сестра, Ник? Я умею перемещаться в этом проклятом месте. Покажи мне, и я быстрее тебя их найду.

— Найдёшь и сдохнешь. Катись к черту! — мимо него пробежал, снова взбираясь на деревья, схватившись за голову, когда в голове очередная картинка вспыхнула.

Нет! Нет! Идиотка… какая же ты идиотка!