Лина вбежала в приемную отделения милиции, и тут же заметила полусогнутую фигуру в углу. Миша сидел на скамейке, обхватив голову руками. Девушка бросилась к нему и тут же прижала к себе, парень крепко обнял ее и тихо зарыдал. Странно видеть такого сильного мужчину как Миша, плачущим. Лина привыкла к его искрометному юмору и неиссякаемому оптимизму. Милиционеры сновали туда-сюда, то и дело, бросая на коллегу из высших органов сочувствующие взгляды.

Лина помогла Мише подняться и повела его к машине. Всю дорогу он курил, глядя в окно затуманенным взглядом и наконец-то сказал, нарушив тягостное молчание:

— Они говорят — это самоубийство! Бред! Полный бред! Вадька никогда бы… Вадька такой жизнерадостный, он…

Лина молчала, позволяя другу высказаться.

— Я позвонил ему, раз-другой, потом пива купил с таранькой и поехал. А там уже машин куча и скорая. Не может этого быть! Как же так?

"Период отрицания, сколько времени займет у Миши осознать?" — Лина вспомнила, что читало про это после смерти папы. Мысль об отце вызвала приступ боли, ноющей и вязкой, словно осадок горечи во рту.

— Он звонил мне всего час назад.

Ее реплика немного отрезвила Мишу и он посмотрел на девушку.

— Звонил?

— Ну да! Мы же просили его узнать и…

— Что он сказал?

— Просто назвал человека на имя которого записан "фиат", а потом бросил трубку.

— И все?

— Да и все.

— Может это как то связано? — Глаза Миши заблестели.

— Связано? Как это может быть связано с самоубийством?

— Я не верю! Только не Вадька! Это убийство и я докажу, вот приду в себя немного и займусь этим. Останешься со мной сегодня?

Разве она могла отказать? Конечно останется. Лина не привыкла бросать друзей в беде. Бедный Мишка, эта смерть его сломала. "Смерть" — слово запульсировало в голове, вызывая неприятные ощущения. Двое мертвецов в один день, не слишком ли для простой журналистки. Обоих погибших она знала. Сначала Настя теперь и Вадик, последнее время старая с косой просто преследует ее. Лина поежилась как от холода мысли о том, что дыхание смерти так рядом, всего в нескольких шагах от нее, вызвали дрожь во всем теле. Машина въехала на стоянку у дома Миши. В сумочке завибрировал сотовый. Девушка нехотя ответила — это был Сашка.

— Где ты? Стою у тебя под дверью, как дурак, думал ты дома. У тебя везде свет горит.

"О, черт! Забыла выключить, растяпа" — подумала Лина и пикнула пультом сигнализации.

— Я у Миши.

— Так поздно? — Его ревности сейчас не хватало.

— У него друг погиб, я забрала Мишку из участка.

— Я сейчас приеду.

Лина посмотрела на Мишу, тот плелся рядом, словно не видя дороги.

— Давай, приезжай. Водки купи по дороге, ему это не помешает.

Лина прикрыла Мишу пледом, выпив все остатки спиртного в доме — он уснул на диване. Сашки все еще не было и Лина пошла кормить Котофеича. Дикие мысли лезли ей в голову, она снова подумала о Владе и о своих подозрениях. Испугалась собственных мыслей и решила, что пора записаться к психологу.