- А вы попробуйте. Ну что кто решится? А? Кто первый хочет умереть?

Кристина сбросила куртку и нервно облизала губы, клыки уже вырвались наружу, губы подрагивали, а ноздри трепетали, предчувствуя драку, сильные руки сжались в кулаки и под кожей отчетливо проступили мышцы. Несмотря на хрупкость и стройность, ее тело было очень сильным, натренированным, пружинистым. Ликаны не двинулись с места.

- Правильно. Пусть вас тут много, но я успею разодрать как минимум дюжину.

Марго злобно посмотрела на слуг, которые выглядели озадаченно. Никто не решался напасть на королеву.

- Убирайся! – прошипела Марго.

-  С удовольствием, но лишь за тем чтобы вернутся и очень скоро!

Они боялись. Кристина чувствовала запах страха. Не все верили в способность ликанов противостоять Братству. Они помнили, чем это закончилось для них в прошлый раз.

- Я уйду, но я хочу, чтобы вы все знали – мой сын настоящий наследник. Он получит трон рано или поздно, и вы признаете его королем потому что так прописано в ваших законах. Но запомните, когда я вернусь, предатели будут наказаны, а у меня чудесная память.

Кристина гордо прошла мимо свекрови и ликаны расступились, давая ей пройти.

- Твой сын не получит трон! Есть и другие законы! Вы больше не ступите на нашу землю!

Пафосно сказала Марго, цепляясь за остатки величия. Кристина даже не обернулась. Она спустилась по широким мраморным ступеням. Увидела огромную толпу с факелами у самого дома. Они скандировали:

- ВОН КРОВОПИЙЦУ! ДОЛОЙ ПОЛУКРОВКУ! ВОН КРОВОПИЙЦУ! СВОБОДУ ЛИКАНАМ!

Кто-то швырнул камень в окно, и стекло с грохотом разлетелось на мелкие осколки.

Как только увидели ее, замолчали. Кристина прошла мимо к своей машине, стараясь сохранять спокойствие, не оборачиваться. Хотя сердце билось тревожно. Против толпы у нее нет преимуществ, они раздерут ее в клочья. Но видно им дали приказ не трогать. Марго все же боялась лютой мести вампиров. Если тронут дочь короля, это уже не просто восстание – это вызов и Влад его примет.

- Клыкастая шлюха! – крикнул кто-то в толпе и снова раздался рокот и скандирование.

Кристина стиснула челюсти, повернула ключ в зажигании. Она вернется. Обязательно.

Велес не останется без трона. Крис этого не допустит.

Когда она отъехала на несколько метров от дома, остановилась. Руки тряслись, над верхней губой выступили капельки пота. Ее изгнали с позором. Куда теперь? Домой? Поджав хвостик бежать к папочке?

- Дьявол! Твою мать!

Кристина ударила по рулю и зарычала. Даже здесь она оплошала. Королева, мать ее! С соломенной короной! Хорошо хоть не сожгли на костре! К черту всех.

Кристина вдавила педаль газа и помчалась вперед, яростно вглядываясь в снежную мглу.

***

Николас приоткрыл глаза, в опьяненном сознании мелькали образы его и Марианны. Бешеная страсть сводит скулы, руки разрывают ее одежду, в жажде прикоснуться к желанному телу. Всегда такому податливому, горячему, упругому. Никакой нежности, жадная потребность владеть немедленно. Он прижимает ее к стене, вдыхает аромат ее кожи, царапая клыками затылок. Ее ягодицы трутся о его возбужденный член и он готов кончить еще до того как проникнет во внутрь. Ладонь сжимает грудь, пальцы сдавливают возбужденный сосок, вызывая ее хриплые стоны, другая рука поднимает подол платья, скользит по бедру, пальцы рвут тоненький шелк трусиков и прикасаются к влажному лону. О, как же она его хочет, дрожит от страсти, прижимаясь к нему всем телом. Инстинкт диктовал ему немедленно овладеть ею. Трахнуть ее прямо здесь. Вот так, стоя, придавив всем телом к прохладному кафелю...Они...в ванной? Какая к черту разница, он трахнет ее там, где захочет, хоть на площади, потому что только с ней все его чувства выходили из-под контроля. Всегда мало, всегда страх потерять, всегда бешеное желание пометить, оставить клеймо, пролить в ней свое семя и так до бесконечности. ОНА ПРИНАДЛЕЖИТ ТОЛЬКО ЕМУ ПО ВСЕМ ЗАКОНАМ!

Его девочка, любимая до безумия. Он хотел ее до одури, до изнеможения.

Ник скользнит в ее горячее лоно двумя пальцами и слышит ее стон, жалобный, просящий большего. О нет, сначала она кончит для него, будет кричать его имя и царапать кафель ногтями, сначала мышцы ее лона будут пульсировать вокруг его таранящих пальцев и только потом она получит его самого, готового разорвать ее тело, вонзится так глубоко, чтобы она снова закричала, принимая его член и чувствуя его мощь и власть над ее телом. Если она владеет его разумом, его сердцем и его черной душой, то он владеет ее плотью. Он властелин ее тела. Ее зверь.

Но Ник так и не проник в желанную влагу, потому что кончил, как только она закричала его имя, содрогаясь в оргазме.

Он резко распахнул глаза и обнаружил, что сжимает член рукой и лихорадочно водит ею вверх вниз.