Он засмеялся, от души, громко запрокинув голову, повернулся ко мне:

— Насиловать? Мне этого не потребуется. Иди сюда.

Я попятилась назад и прижалась спиной к двери.

— Подойди ко мне, сейчас. По-хорошему.

А как это по-плохому? Дерзкая мысль тут же запульсировала в голове, но мне не хотелось знать, что это значит по-плохому в понятии Ника. Я медленно подошла и остановилась в нескольких шагах от него.

— Ближе, — тон не терпит возражений, я нерешительно сделала еще один шаг, и он вдруг резко дернул меня к себе за подол юбки и задрал его вверх. Я судорожно глотнула воздух, а сердце забилось так гулко, что он наверняка слышал эти хаотичные удары в тишине кабинета.

— Сними, — потянул за резинку трусиков и отпустил. Я попыталась одернуть юбку, но цепкие пальцы удержали меня за бедро, — сними или я их порву, и впредь ты будешь заходить ко мне в кабинет без них.

Наверное, это был тот момент, когда я еще не до конца осознавала насколько, он серьезен в отношении меня. Что это не игра, все по-настоящему. Через секунду он дернул резинку, и трусики упали у мои ногам. Ногой раздвинул мои колени, и я всхлипнула, когда его средний палец неумолимо и резко проник в меня на всю длину.

— Мокрая…горячая…так о каком насилии мы здесь говорим? Ты потекла как сучка, как только вошла сюда. Ты пришла выяснить, почему ты едешь в Лондон или почему я до сих пор тебя на трахнул как обещал?

Оттолкнул меня назад и вытер пальцы влажной салфеткой, словно брезгуя мною.

В этот момент мне захотелось провалиться сквозь пол. Колени предательски дрожали. Я чувствовала себя униженной до такой степени, что на глаза навернулись слезы. Как странно смотреть на него сверху вниз и при этом чувствовать себя ничтожно маленькой и беспомощной.

— Стань на колени, — никогда и ни у кого я не видела настолько тяжелый взгляд. Порой невыносимый своим давлением на волю, психологически ломающий.

— Нет, — нетвердо ответила я.

— Да, я так хочу. Стань на колени, Марианна и удовлетвори меня. Сейчас. Покажи, насколько ты покорна и соблюдаешь условия сделки.

— Нет!

Наши взгляды скрестились, и я физически почувствовала что проигрываю, он все равно заставит. Найдет способ и сломает и это только начало. Проверка на прочность. Ник раздвинул ноги и закурил еще одну сигару, продолжая смотреть на меня.

— Вчера Вик лишился двух пальцев, возможно чудеса пластической хирургии восстановят эту потерю, но ведь он может сегодня лишиться руки, которая лапала тебя в тот момент, когда ты соглашалась подсыпать мне яд в бокал. Так что стань на колени, Марианна, и выполняй условия сделки. Я выполнил свою часть. Более того — любезно доставил пальцы твоего дока в больницу. Но что может мне помешать с тем же успехом отправить туда ищеек? Какая рука Вика тебе нравится больше: правая или левая?

Он склонил голову на бок и облизал нижнюю губу. Расслабленный, довольный собой, упивается собственным превосходством. Я не знала, что чувствую в этот момент: ненависть, страх или патологическое возбуждение, глядя на красноречиво выпирающую выпуклость под ширинкой его элегантных серых брюк. Стала на колени, и он поправил мне волосы за ухо, чтобы наблюдать, как я буду ублажать его.

— Расстегни, — прозвучало как приказ, но пальцы продолжали перебирать мои волосы. Я подняла голову:

— Все может быть иначе, Ник. Я могла бы…

— Расстегни! — зарычал так, что зазвенел бокал на столе и стекла в шкафу и окнах, — Я просто сказал тебе расстегнуть. Сделай то, что я сказал, — отчеканивая каждое слово, произнес он, и я вдруг почувствовала первые оттенки страха, липкие и неприятные. Потянула змейку на его штанах.

— Возьми его в рот! — грубо, но мое дыхание участилось…Я сжимала рукой его плоть и понимала, что сама хочу доставить ему удовольствие.

Когда мои губы сомкнулись на его члене, он надавил мне на затылок, заставляя принять его глубже, задавая свой ритм, удерживая за волосы. Поначалу я пыталась ласкать его, но он уже отобрал у меня контроль, жестоко сжимая и надавливая на щеки, не давая отстраниться.