В тот же момент, словно в замедленной съемке, я увидела, как незнакомец поднял руку, завел за голову и достал из за воротника плаща меч. Вышинский вскинул голову и встретился взглядом с незваным гостем. Я скорее прочла по губам, чем услышала: “Изгой”. Меч с тонким сверкающим лезвием взметнулся вверх, резкий взмах и голова хозяина дома слетела с плеч, на меня брызнула темная липкая жидкость, прежде чем я поняла, что кричу, мужчина закрыл мне рот рукой. Его глаза полыхали, как и у хозяина дома несколько секунд назад, только у этого они были красными.

Я в ужасе дергалась в его руках. Но сражаться с ним, словно пытаться сдвинуть с места скалу. Он выкован из железа, плоть не бывает настолько твердой, если она живая. Я тряслась от ужаса, меня тошнило, я чувствовала приторный запах крови. На моих глазах только что убили человека. Просто отрезали голову, как свинье на бойне. Я все еще хотела верить, что Вышинский был человеком

— Ни слова, ни звука, — процедил незнакомец, он отнял руку от моего рта, и я, посмотрела на убийцу:

— Вы…убили его, — прохрипела я, в ушах бешено бился пульс. От ужаса все мое тело свело судорогой.

Ледяные глаза царапнули меня презрением.

Я вырвалась каким то чудом из его рук и бросилась бежать, оглядываясь назад и видя, что он меня не преследует. Я рыдала от страха и первобытного желания спрятаться, скрыться от кошмара. Вбежала в залу и заорала как ненормальная. На полу лежали мои девочки, мои подруги. Все они были мертвы. Их глаза смотрели в потолок на жуткие фрески, они раскинули руки как умирающие лебеди из нашего балета. На полу растекалась кровь. Она подбиралась к носкам моих туфель. Я бросилась обратно в коридор, лихорадочно вспоминая, где же здесь дверь. В этот момент что то мелькнуло надо мной и приземлилось совсем рядом. На меня надвигались несколько фигур. Я не видела их лиц, только горящие глаза.

На ум пришло, что нужно начать молиться и притом немедленно. Эти твари сейчас растерзают меня, как и всех моих друзей. Я, похоже, последняя кто остался в этом проклятом доме в живых.

— Отче наш…сущий на небесах…Господи!

В тот же момент я увидела, как взметнулась еще одна тень, и между мной и монстрами возник чей то силуэт. Я услышала свист рассекаемого сталью воздуха и крики. Воспользовавшись моментом, опять бросилась бежать, спотыкаясь и падая, пытаясь найти выход из этого лабиринта. Наконец то я выбралась на улицу и бросилась по снегу к своей машине. Пальцы заледенели, и я вспомнила, что сумочка с ключами осталась в проклятом доме.

— О господи…Что же это такое?

Я лихорадочно осмотрелась по сторонам и увидела камни, украшающие подъездную дорожку. Схватив один из них, я разбила стекло в машине и открыла дверцу. И что теперь? Я все равно не смогу завестись.

Услышав резкий звук удара сверху, я вскрикнула и подняла голову. На крыше моей машины стоял еще один монстр. Он смотрел на меня. А потом прыгнул и повалил меня в снег. От удара у меня закружилась голова, я задыхалась под тяжестью его тела. Перед глазами было жуткое лицо вампира. Я застыла, понимая, что теперь меня уже ничто не спасет. Меня сожрут, как и всех моих друзей. Это конец. В тот же миг голова монстра отделилась от тела и упала назад. Над ним возвышался все тот же незнакомец. Его белые волосы развевались на ветру, а глаза полыхали красным пламенем. Теперь он убьет и меня. Я истошно закричала, сбросила с себя мертвое тело. Ползком попятилась назад и вскочив на ноги побежала к дороге. Я молилась. Как в детстве. Как меня учила мама. Сжимая маленький крестик на груди, я, спотыкаясь, мчалась сквозь заросли и кусты. Позади меня послышался треск, и я обернулась, увидела, что проклятый дом полыхает в огне. В тот же момент подвернула ногу и упала, наверное, я ударилась головой, потому что в глазах потемнело, и я провалилась в черную бездну.

Глава 2

Никто

Грубые черные сапоги оставляли следы на белом покрывале снега, тут же исчезая под хрустальным слоем снежинок. Черный плащ Изгоя развевался на ветру, как и его белоснежные волосы. Наемник остановился возле бесчувственной девушки. На бесстрастном лице ни единой эмоции. Он возвышался над хрупким силуэтом черной скалой, как призрак.

“Смертные не имеют право знать о существовании нашего мира. Хоть ты и не прикасаешься к ним, в силу своего предназначения, но ты не вправе оставлять свидетелей. Таков закон для всех бессмертных и на тебя он тоже распространяется. Любой человек, проникнувший в нашу Тайну, должен умереть. Если остальные бессмертные имеют право обратить, то тебе оно не дано. Ты не можешь создавать себе подобных. Потому что ты — НИКТО”

Голос Амадеуса прозвучал так отчетливо, словно эти слова были сказаны не несколько сотен лет назад, а сейчас. Изгой не шевелился, он смотрел на девушку.