Мэр поселка городского типа Владислав Инокентич Галкин всячески опекал роддом особенно после того как там родила двойню его драгоценная доченька. Если отбросить меркантильность и жадность, а также подлость, Немцова действительно была врачом от Бога. Она принимала роды у самых «тяжелых» рожениц, вытаскивала с того света младенцев. На нее молились и точно так же ее боялись. Зато она не боялась никого. Ну почти. Больше всего Немцова переживала за свое место и за благополучие своей семьи, которая состояла из мужа врача-кардиолога и трех собак пекинесов. Детей у нее не было. В свое время Немцова наделала кучу абортов, посвящая себя учёбе и работе, прекрасно осознавая риск бесплодия. Но ее это сильно не удручало. Одинокой она себя никогда не чувствовала в свои сорок девять всегда подтянутая, с идеальным макияжем на аристократическом лице, с высокой прической, уложенной из длинных каштановых волос и строгим взглядом из-под дорогих тоненьких очков. Она создавала внешнее впечатления благополучия всего роддома в целом.

Когда к ней в кабинет постучались и сообщили, что ее хочет видеть посетитель, видимо договориться о родах или госпитализации, Немцова велела ждать под дверью. Она была занята. Выбирала очередного пекинеса себе в подарок. Рассматривала мордочки новорожденных щенят и умилительно склоняла голову на один бок, затем на другой. Ее прием на сегодня был окончен, а через несколько часов ее ждало плановое кесарево сечение у жены владельца трех супермаркетов в их областном центре. Она планировала к Новому Году заказать у него красную икру разумеется в подарок за удачные роды. Посетители сейчас не входили в ее планы. Она собиралась продержать его за дверью, а потом царственно выплыть на операцию, заставив ждать еще или назначив ему на понедельник. Возомнили что у нее здесь поликлиника и сидят по лавкам ждут. Даже в поликлинике приходят по записи.

Когда дверь резко распахнулась, Немцова вскинула голову и в негодовании сжала и без того тонкие губы.

— Что такое? Как вы….

И тут же осеклась на полуслове. Она его узнала. Да и как было не узнать? Телевизор она смотрит, новости читает, в интернет заглядывает…Но узнала она его не только поэтому…была еще одна причина и эта причина заставила Немцову стать цвета стенки и чуть пошатнуться в кресле. У нее тут же подскочило давление и запульсировало в висках. Ужасно захотелось взять таблетку валидола под язык.

Шумаков Егор Александрович прошкл через весь просторный кабинет к окну и не здороваясь с Немцовой открыл окно на распашку.

— У вас здесь очень душно.

Сказал он и подошел к столу.

— Добрый день, Маргарита Сергеевна. Прошу прощения, что помешал вам в важных делах, — бросил взгляд на мнитор ноутбука с открытой страницей сайта по продаже домашних животных и Немцова тут же захлопнула крышку, — но мое дело не менее важное. Если позволите… — отодвинул стул, главврач заторможено кивнула и нервно поправила очки на переносице.

— Добрый день…

— Шумаков Егор Александрович, но я вижу вы меня узнали и это весьма лестно.

— Ддда, узнала. Чем обязана вашему визиту да в наши края.

Она постепенно старалась взять себя в руки. Но у нее плохо получалось. Шумаков пугал ее, и не только потому что она была наслышана и о его семейке, и жестком характере молодого бизнесмена, о котором только и пестрели заголовки газет, как он перешел кому-то дорогу или подмял под себя очередного конкурента, или, например, добился сноса гостиницы, в которой ему не так подали завтрак. Шумаков пугал ее тем, что мог узнать… и скорей всего узнал, что здесь произошло пять лет назад. Иначе зачем он здесь…а если узнал, то Немцовой не только светит увольнение и лишение должности, а может светить нечто похуже и Инокентич ее не спасет…так как Шумаков имеет намного больше денег и власти. Трусливый Галкин даже не заступится.

— Я думаю вы знаете чем обязаны моему визиту.

— Нет, — она мило улыбнулась, — даже не представляю, но я очень рада такому гостю.

Шумаков продолжал улыбаться. У него была красивая улыбка, очень заразительная и взгляд цепких серых глаз не отпускал собеседника.

— Вы сейчас представите и не только цель моего визита, но и чем он может закончится для вас и для вот этого, — он обвел кабинет взглядом, — коммерческого гадюшника.

Немцова застыла и ее тонкие губы приобрели синеватый оттенок.

— я думаю Галкин бы одобрил, если бы я решил построить на этом месте санаторий. Неподалеку пруд, березовая роща…Как считаете? Эта местность подходит для санатория? Вас бы я туда взял главной медсестрой…а может и не взял бы, а может сделал бы так, что вас не взяли бы даже санитаркой…хотя, может быть вы бы устроились врачом на зону.

На лице Немцовой выступила испарина и пот потек по спине.

— Выпейте воды, Маргарита Сергеевна, успокойтесь и начинайте рассказывать мне правду. И ничего кроме правды и возможно, для вас все останется по-прежнему.

Она послушалась, выпила один стакан воды, затем другой. Ее пальцы дрожали, а стекло стучало о зубы. Она подняла голову и медленно выдохнула.