Мне было страшно и в то же время по телу проходила дрожь предвкушения. Сегодня я буду принадлежать Павлику и только ему. Стану по настоящему его женщиной. И страшно потому что никогда и ни с кем ничего не было. Берегла себя. Хотела, чтоб красиво и по любви, хотела, чтоб помнить и не стыдно было. Тетя старой закалки у меня, она всегда говорила «умри, но не давай поцелуя без любви»*1.

Со мной все было очень сложно в плане любви и свиданий. Парни меня мало интересовали. Настоящие. Я Павлика любила. Все песни его слушала, знала наизусть… и мечтала… мечты оказывается сбываются. Я много и хорошо училась, сидела дома за книгами, балетная школа, потом художественная. Времени на мальчиков не было. Да и не нравилась я особо тем, кто обычно учит хороших девочек плохому. У меня была тетя с ее безграничной любовью, мои книги и учеба. А еще мои мечты и фантазии, в которых я была только с одним мужчиной — с Павлом.

С тех пор как я побывала на его концерте меня уже никто и ни что не интересовало. И сейчас я стояла перед зеркалом в белоснежном нижнем белье, покрытом кружевами и не верила, что все это происходит на самом деле и я действительно стала женой Павлика Звезды. На мне все невероятно дорогое. Безумно красивый лифчик открывал полушария груди, чуть приподнимая их вверх и крест-накрест застегивался на спине. Трусики-шортики обтягивали бедра и просвечивались, и я стеснялась, что под ними все так видно… а еще больше кровь приливала к лицу, когда я думала о том, что Павлик их снимет. Белые чулки с широкой резинкой красиво обтянули ноги и мне было непривычно видеть себя в таком виде с кружевным поясом на талии и жемчужными застежками, придерживающими чулки. Я казалась себе красивой… впервые в жизни.

И мечтала, как Павлик войдет в дверь номера, захлопнет ее, схватит меня в объятия и, уложив на постель, сделает меня своей. Как это происходит я себе представляла. В интернете видела, в книгах читала. Но там это было про кого-то, а не про меня. А сейчас все это случится со мной, и я была уверена, что Павлик будет очень нежным. Как в фильме «Три метра над уровнем неба». Попросит меня сказать ему, когда остановиться и его глаза будут светиться от любви ко мне.

А потом я стану взрослой, стану какой-то особенной для него, и он будет гордиться тем, что он был у меня первым. Не только в постели, а вообще и во всем. В нашей спальне не будет видеокамер и он сможет целовать меня по-настоящему, а не в подбородок и я признаюсь, что это первый поцелуй в моей жизни.

В номер постучали и я, затаив дыхание, набросила белый шелковый халатик и открыла дверь. Разочарованно выдохнула — это была официантка с подносом, на котором красовалось шампанское, фрукты и два бокала.

Я посмотрела на часы и тяжело вздохнула. Уже одиннадцать вечера. Гости начали разъезжаться по домам. Почему он не оставит их всех и не придет ко мне?

— Скажите… а там в низу в ресторане уже все закончилось?

Официантка улыбнулась мне и поставила бокалы на столик, украсила их белыми цветами.

— Не знаю. Но музыка еще играет.

Наверное, он не может уйти, там эти телевизионщики чертовы. Как же они надоели. Интересно отвезли ли тетю домой? Я взяла сотовый и набрала маму Свету.

— Ты уже дома?

— А чего это ты мне звонишь? Разве у тебя сейчас не брачная ночь с твоим супругом?

— Гости еще не уехали, и он пока с ними.

— А ты одна? Где ты?

Х- Я уже в номере.

— Не пойму, что может быть дороже прекрасной, любимой новобрачной?

— Тетяяя! Павлик не герой твоих любовных романов. Сейчас все по-другому. Там телевидение, журналисты. Он ведь Звездаааа. Я вышла замуж не за обыкновенного мужчину.

— Ну и правильно. Сняли бы, как он уносит свою невесту в номер. Вы когда уезжаете в путешествие?

— Должны завтра рано утром. — подумала о том, что мы отправимся на яхте плавать по океану и радостная дрожь пробежала по всему телу.

— Ясно. Ты мне хоть позванивай… Ох, что-то неспокойно мне совсем.

— Ну что ты, мама Света. Все хорошо будет вот увидишь. Ты не представляешь какая я счастливая.

— Ладно. Не буду себя накручивать. Конечно все хорошо. Поздравляю тебя еще раз, моя девочка. Мама была бы в восторге… как жалко, что она не видит какая ты у меня красивая и умная малышка. — ее голос дрогнул и я, на секунду представила ее лицо в этот момент. Представила слезы на ее глазах и сама расстроилась.

— Не плачь! Ты мне обещала!

— Не буду… не буду. Вот молитву прочту вам в дорогу, валерианки выпью и попробую уснуть. Неспокойной тебе ночи.

— Тетя! — щеки зарделись, но она уже отключила звонок….Если бы я тогда знала, что слышу ее голос в последний раз и что через несколько минут начнется мой персональный ад… я, наверное. Говорила бы с ней со всем по-другому. Я бы хотя бы попрощалась.