"Он тяжело дышал, словно бежал от кого-то. Наклонился, посмотрел в окно. В это время поезд тронулся. Парень стоял рядом со мной, точнее, напротив. Высокий, даже очень. Моя голова с трудом доставала ему до груди. Я еще не видела его лица, просто смотрела на белую футболку, на замысловатый кулон на тонком шнурке. Он раскачивался прямо у меня перед глазами. Странный кулон, похож на клык зверя. Да, молодежь сейчас умеет удивить. От него приятно пахло. Нет, не просто приятно, а здорово пахло. Я сразу узнала очень дорогой парфюм "Сливе Чристиан". Мы недавно занимались дизайном парфюмерного магазина. Я очень хорошо помню запахи. Этот мне понравился больше всех. Хотела Сережке подарить, но когда узнала цену, у меня потемнело в глазах. Покупать моментально перехотелось. К одеколону примешивался запах сигарет и молодого мужского тела. Опустила глаза чуть ниже. Полы кожаной куртки распахнуты. Видна пряжка ремня. Парень по-прежнему тяжело дышал. Он точно бежал, никаких сомнений. Только те, кто пользуются таким парфюмом и носят дорогие ремни стоимостью с мою зарплату, а также оригинальные джинсы "левис", обычно не гоняются за поездами метро, а разъезжают на спортивных тачках или "мерседесах".

В этот момент на его футболку что-то капнуло. Я смотрела, как перед глазами расползается темно-бордовое пятно. Кровь? Подняла голову и поняла, что парень смотрит на меня. На щеке порез, он вытер кровь ладонью и усмехнулся. Мальчишка. Лет двадцать пять максимум. Взъерошенные волосы, легкая щетина на щеках и взгляд очень наглый, характерный для такой вот безбашенной молодежи. Из пореза снова выступила кровь, а я вспомнила, что у меня в сумочке точно есть лейкопластырь. Полезла за ним, и в этот момент поезд остановился. Меня буквально швырнуло парню на грудь. В ту же секунду я почувствовала сильную руку на своей талии. Удержал. Черт. Неловко-то как. Завалилась на него, как мешок с картошкой. Я чувствовала под пальцами его мускулистое, упругое, очень горячее тело. Смутилась.

— Простите.

Парень усмехнулся, и в его очень живых карих глазах блеснула искорка интереса. Веселая улыбка, зажигательная, мальчишеская. В уголках глаз появились морщинки. Нет, ему даже меньше двадцати пяти. Я протянула парню пластырь. Он взял его из моих рук, и в этот момент нас снова качнуло. В этот раз он уже ловко удержал меня за талию. Только теперь руку не убрал, и я чувствовала, как горячие пальцы жгут тело через плащ. Он подставил щеку.

— Приклейте, я вас подержу.

Забавно, но я все же заклеила ранку лейкопластырем, и, улыбнувшись, сказала:

— До свадьбы заживет.

— До вашей? — спросил парень, смеясь.

— Нет, до вашей. Я уже замужем.

— Вот видите, самых лучших дам уже разобрали".

— Футболку… и глаза его мальчишеские, — а у самой слезы выступили, — от него умопомрачительно пахло и он…он нагло улыбался.

— Сукаааа.

И раздался выстрел, я вся дернулась, кусая губы до крови так, что ощутила ее вкус во рту. Игорь рыдал навзрыд с мычанием, с содроганием всем телом. Мне было видно лишь его ноги и лужицу, растекающуюся по траве.

— Вот это жалкое ничтожество… вот этого… слизняка? Променяла меня на него? Детей? Наше счастье?

— Не было счастья уже давно. С тобой только горе… ложь, одиночество и тоска.

Я била его так больно, как никого и никогда в своей жизни, била наотмашь, била под дых ножом и прокручивала его в самом сердце. Истекая кровью вместе с ним. Руслан застонал, и я ощутила, как дуло пистолета уперлось мне в лоб.

— Что ж ты молчала, а, Оксана? Что ж ты…что ж ты, сука такая, молчала? Что не устраивало? Он моложе? У него член больше? Он ебет дольше и качественнней? Что. Бл*дь. В нем. Такого, чего не было во мне и у нас… Или просто новый член, а? Неужели ты…неужели ты бл*дь, Оксана? Неужели рано или поздно все случилось бы именно вот так? Он младше меня… а потом еще младше и еще?

Дает сдачи, и если бы каждое его слово было пулей, если бы оно могло убивать, я бы уже лежала мертвая у его ног.

— Так получилось… сердцу ведь не прикажешь, кого любить и за что. — и говорить стало невозможно больно. Горло охватило огненным обручем и сдавило.

— Я же могу сейчас убить тебя. Давай оправдывайся. Давай, сука, мать твою, Оксана, давай оправдывайся. Аааа. Я хочу верить тебе. Скажи, что это подстава… давай, еще не поздно, скажииии. Скажи, что солгала. Посмотри мне в глаза и скажи это. В глаза мне смотри.

Схватил больно за подбородок и заставил вздернуть лицо. Я задохнулась и зашлась от того, что увидела в его глазах, от этой волны сумасшедшего страдания.

— Это правда… Я люблю его, а не тебя и, если ты нас убьешь, ничего не изменится… Стреляй или отпусти.

Он заорал. Это было больше похоже на рев животного.

— Отпустить? Да? Я похож на лоха, который это сделает? Отпустить тебя…с ним?

Направил пистолет в сторону и, глядя мне в глаза, скривившись так, словно у него разворочено все тело, несколько раз нажал на курок. После первого выстрела Игорь глухо вскрикнул… дальше пули уже врезались в мертвое тело.