– Если бы у меня когда-либо был брат, я бы очень хотела, чтобы он был похож на тебя.

– Ты знаешь… подыхая на больничной койке, я все чаще думаю о том, что я бы хотел, чтобы ты стала моей женой по-настоящему и любила меня так же, как своего испанца, а я смог бы сделать тебя счастливой. И нет, это не раскаяние и не возврат к гетеросексуальности. Это скорее понимание, что у любви нет пола на самом деле. Я всю жизнь стремился к отношениям с мужчинами, я трахался с ними, спорил, расставался, даже дрался…. но никогда никого не любил. Искал и не находил… а когда нашел, то моя любовь оказалась женского пола. Вот такой парадокс.

– Вовааа…

– Молчи. Я это сказал не для того, чтобы ты ощутила себя виноватой или чем-то обязанной. Все. У меня дохнет сотовый.

Отключила звонок и тяжело выдохнула, ощущая груз вины в том, что никогда не смогу исполнить его желание. На глаза попалось уведомление из группы спортивных новостей.

«Вчера трагически погиб всем известный Ксавьер Сантос. Который выходил на замену Арманда целых пять раз. Игроку пророчили великое будущее, если Альвареса вышвырнут из сборной, но… судьба была жестока. Сантос получил удар током у себя дома и скончался на месте. Бригада скорой помощи констатировала смерть от несчастного случая, но полиция не торопится закрывать дело….»

Я шумно выдохнула и схватила свой сотовый. Быстро нашла последние сообщения и еще раз перечитала.

«Когда мы встретимся? Ты обещала, что приедешь ко мне, Ви… Я сделал то, что ты просила. Он выбыл из игры надолго. Жду твоей платы»

«Я пока что очень занята. Но я скоро тебя вознагражу. Не сомневайся. Как и обещала. Я всегда сдерживаю свои обещания».

Стерла все сообщения, а потом удалила и сам контакт. К дому подъехала чья-то машина, и я бросилась к окну. На этот раз Альварес приехал сам. Без Каролины. 

Он направлялся к себе, расстегивая на ходу рубашку, дергая надоевший до чертей галстук. Гребаный дресс код. Все, к черту. Все мысли о вытянувшемся лице Хуана, когда швырнул ему в лицо порванный договор, и о гибели Сантоса, поразившей своей нелепостью и шокирующей неожиданностью. Никогда не думал, что бывший друг – наркоман. Но каждый раз убеждаешься, что люди, которых вроде бы прекрасно знаешь, на самом деле оказываются еще большими незнакомцами, чем совершенно чужие.

– На хер пошел со своей сборной вместе. Засунь ее себе в задницу. Я не вернусь в Эспаньол.

– Ты что о себе возомнил?

Хуан стиснул бокал вина пальцами, унизанными перстнями. Его лицо скривилось от неожиданности.

– То, что тебе обломится нападающий.

– Ты собираешься меня бросить сейчас, когда я простил тебе все твои выходки? Когда я остался без замены?

– Да срал я на твои проблемы, как ты все это время срал на мои. Ищи себе нового нападающего. Покупай. Трать свое бабло, которое я приносил тебе годами, а ты думал, что какой-то наркоша заменит меня на поле… а он обдолбался и склеил ласты. Ты же сделал на него ставки… пусть вылазит из гроба и выполняет свою часть договора.

– Циничная тварь! Обратной дороги не будет! Если ты сейчас покинешь Эспаньол, ты не вернешься сюда никогда!

– Эспаньол будет последним местом, куда я бы вернулся. Я просто хотел, чтобы ты понял – я и только я решаю, где и за кого мне играть!

Оттолкнул Хуана и вышел из кабинета, выбрасывая по дороге обрывки договора и вытирая вспотевшие руки о полы пиджака.

Известие о смерти Сантоса ошарашило настолько, что ему до сих пор не верилось в его смерть. Отпечаталось в голове и било молотком по вискам. Жутко хотелось выпить и завернуть в привычное злачное место. Но от мысли о шлюхах свело судорогой скулы и от оскомины заболели зубы.

С тех пор, как эта маленькая черноволосая девчонка появилась в его доме, у него не стоял ни на кого. Даже на старательную Кару, которая была поопытней и искусней любой шлюхи, но каждый раз возилась с его эрекцией по часу. Встанет-упадет. Мог стать вялым даже внутри нее во время самых бешеных фрикций.

Прошел мимо кухни, а потом вернулся и заглянул в приоткрытую дверь – Нина что-то готовила возле плиты. На ней свободная футболка и короткие шорты. Она босая. И ее распущенные волосы достают вьющимися концами до самой поясницы. Ему показалось, что ничего более эротичного он никогда не видел. От зависти к волосам, которые скользят по ягодицам, свело скулы. Так бы и сгреб эти волосы в кулак. Хмм, почему-то думал, что волосы у нее ровные. А они вьющиеся совсем как у… НЕТ! Ни хера он о ней думать не станет! Хватит!

Следил, как Нина подходит к холодильнику, как достает молоко, наклоняясь к нижней полке, и шорты сильно обтягивают сочные полушария ягодиц. Ноги стройные, ровные, аккуратные. Представил, как они обхватывают его чресла, и чуть не застонал вслух. И вдруг Нина обернулась.

– Добрый вечер. Думала, вы уже не приедете.