Деревню не сразу нашел, несколько кругов объехал по дороге этой серпантинной, которая меня петлями обратно к развилке выводила, пока наконец-то не свернул куда надо и не выскочил возле первых домиков покосившихся. Люди от моего автомобиля в стороны шарахались, словно впервые здесь машину увидели. Я даже окликнуть не успевал или спросить, пока женщину и бабку с ведрами не увидел. Затормозил. Выскочил из машины.

– Вы простите…я только узнать. Только спросить.

Женщина на меня глаза светлые подняла, а из-под платка прядь седых волос ей на лоб выбилась.

– Девушку вчера у дороги видел. В свадебном платье…Дождь был. Я в дом ее отвез… а утром исчезла она. Ксенией назвалась…Здесь поблизости деревень больше нет. Может, отсюда она? Красивая девушка, блондинка, и глаза такие голубые-голубые.

Женщина ведра уронила, и вода мне под ноги потекла, а она стоит и крестным знамением себя осеняет. А бабка рядом с ней тоже крестится, но не так фанатично, и глазами не вращает, словно призрак увидала.

– Ты что несешь, Господь с тобой! Ксения вот уже двадцать годков как в земле сырой лежит. Под колеса грузовика бросилась, когда жених ее на свадьбу не пришел и с другой девкой в город укатил. Ты давай, уезжай отсюдова. Да поосторожней будь. Говорят, кто Ксеньку нашу в лесу повстречает, того по частям в закрытый гроб уложат….

– Бред! Вы с ума что ли сошли!?

– Не бред. Там, за третьим домом у тополя высокого с ветками обгоревшими кладбище наше – можешь сам проверить. Третий ряд. Пятая могилка. Ее так в платье свадебном и схоронили.

А женщина, та, что в платке цветастом, руку за пазуху сунула и фото мне протянула…

– Дочка моя…никак душа ее покоя не найдет. Такая красивая была…такая хорошая девочка. Так и надо ему, антихристу, что с собой его забрала. Поделом ублюдку!

Я как на фото взглянул, ощутил, как волосы дыбом на затылке становятся и все тело судорогой сводит, назад попятился, а потом бросился к своему автомобилю. Чокнутые они все. Ненормальные. Бред какой-то.

Я в машину запрыгнул и изо всех сил на газ надавил, когда на трассу выехал, только тогда немного успокоился…

***

– Как не видел? Почему не знаешь? Он же твой друг. Как же так Глеб? Даже если он меня бросил, скажи мне правду, умоляю.

– Не знаю, Тань. Не сказал он мне ничего. Понятия не имею, где он. Ты не нервничай, перед свадьбой часто так бывает.

– Подожди, Глеб, кто-то в дверь звонит…подожди, может, это он вернулся.

– У него ж ключи есть.

Темноволосая девушка в красной ночнушке бросилась к двери, отворила и застыла на пороге, увидев мужчину и женщину в форме.

– Никифорова Татьяна Ивановна?

Кивнула, чувствуя, как болезненно сжалось сердце внутри.

– Кем вам приходился Кушнарев Константин Александрович?

– Он…он мой жених. А что случилось? Что он натворил?

Только сердце уже клещами стягивает, и от жуткого предчувствия в горле пересохло так, что даже вздохнуть невозможно.

– Разбился он вчера под деревней Тихие Воды. Машину с дороги вынесло на встречную полосу, и грузовик его «опель» сильно помял. Мне очень жаль.

– А где сейчас Костя? Он в больнице? В какой?

– Нам нужно, чтобы вы опознали тело. И еще вы сказали…сказали, что он ваш жених. Неподалеку от машины нашли свадебную фату…

– Какое тело? У меня не было фаты…не было! Не мог это он быть? У нас свадьба через неделю. Не мог, слышите? Это не он!

Спустя две недели….

– Да здесь чертовое болото, дождь не кончается. И я на хрен заблудился. Связь то и дело пропадает. Да, я найду этот дом, будь он неладен.

Антон Савельев понятия не имел, кто может купить эту дурацкую халупу в жопе мира за такие деньги, которые запрашивает хозяйка, тем более, никаких средств связи здесь нет. И этот дождь нескончаемый! Как будто в полосу какую-то попал, неподвластную прогнозам гидрометцентра. Дождем нигде и не пахло. Небо только что звездное было, и тут на тебе – ливень беспросветный, дорогу совсем не видно. Связь исчезла, деревья словно решили ветками с машиной переплестись.

Надо было отказаться и не ехать в это глухомань…Вдруг прямо из темноты фары выхватили женский силуэт во всем белом. Ударил по тормозам, резко в сторону ушел. А потом обернулся – девчонка вся мокрая под дождем стоит босиком. Платье на ней белоснежное, кружевное. В руке фату держит, и шлейф на ветру развевается. Ноги ее оплетает. У Антона дрожь по всему телу волной прошла…Красивая она. Даже издалека видно, какая красивая.

– Ты как здесь оказалась? Тебя подвезти?

– А ты в жены меня возьмешь?

И в машине вдруг на весь салон песня заиграла…

Зотліла ніч, зранку все стало сіре

Знайти нові кольори мушу я

А лице умий дощем, що треба ще?

Хай серцю під плащем – менше слів, більше віри

Поплакала і знов фіалка розцвіла

Засяяв день таємними знаками

І мама молода й закохана мала

На кухні всі однаково плакали *2