м, о чем женщины не говорят с мужчинами. Ему всегда было интересно, он меня слушал с величайшим вниманием. При каждой нашей встрече он обхватывал мое лицо руками и тихо спрашивал:- Скучала по мне? Чем занималась без меня моя девочка? Чем была занята? И я с ума сходила от этих вопросов потому что они делали меня значимой для него, не просто королевской подстилкой. А сейчас, стоя в его кабинете я ощущала, что многое изменилось и мутировало между нами. Он смотрел на меня исподлобья, наклонив голову и сжимая руки в кулаки. И меня ослепило его красотой, меня окатило ею словно кипящей волной от которой бешено забилось сердце. Его растрепанные черные волосы, эти глаза цвета кристально-чистой изумрудной зелени от которой перехватывает дыхание…Они непроницаемо холодные, они чужие и злые. В них больше нет моего отражения. И они могут становиться звериными и голодными эти глаза. Голодными до моей боли и смерти. Вначале я испугалась, что увидев мое уродство его лицо исказит гримаса отвращения, он отпрянет от меня, отвернется, отведет взгляд…Но этого не случилось и вспомнились слова ведьмы — он не видит моего уродства. Для него я все такая же. И я не знаю наказание ли это или спасение. «Вахид…что с нами не так? За что ты меня так ненавидишь? Почему не веришь мне? Почему веришь кому угодно, но только не своей Лане? Если бы я могла впустить тебя в мое сердце, в мою голову, в мой разум, если бы я могла дать тебе увидеть тебя самого моими глазами ты бы осознал как дико, как невыносимо и одержимо я люблю тебя. Я даже не смогла тебя возненавидеть… только страх, отчаяние и боль. Никогда и никого у меня не было и не будет кроме тебя. А ты…ты настолько дьявольски жесток со мной. Любимый Вахид…»Наши взгляды встретились и зеленые глаза сверкнули как будто всполохами молний, как будто засветились изнутри на какие-то мгновения, на какие-то считанные секунды. И эти секунды длиной в бесконечность. Как будто время остановилось. Позвал меня. Разве имеет значение зачем если я снова вижу его спустя столько времени, спустя недели которые казались мне ежедневной смертью. А потом вдруг шагнул ко мне, дернул за плечи и крепко обнял. Так сильно, что у меня захрустели кости и из глаз покатились слезы, казалось каждая молекула моего тела сжалась от боли, словно после обморожения их обдали кипятком и теперь они корчатся в агонии. Вся я сплошная агония. Пусть только его руки не разжимаются…Пусть никогда не кончаются эти страшно-прекрасные секунды когда зверь был пока что человеком и человек…человек захотел прикоснуться ко мне. А потом резко оттолкнул…и меня накрыло диким разочарованием. Нет, он не позвал меня к себе. Нет, я не пришла для того чтобы мой император увидел меня. Я всего лишь донор. Меня привели не к нему, а к Айше. Что ж…Если это мое предназначение я его исполню. — Ты дашь ей столько крови сколько потребуется, — услышала я глухой голос Вахида. Словно он обращался не ко мне, а к пустому месту, — никакого сопротивления, никаких разговоров. Ты здесь только для этого. Я ничего не ответила, только пустила взгляд. Можно подумать такого уже не было, можно подумать мою кровь не брали для Айше раньше и я этому сопротивлялась. Хотелось спросить, а где же та синтетическая дрянь, которую они вливали ей раньше, чтобы больше не пользоваться мной, но промолчала. Так вот почему меня не убили. Горечь затопила с такой силой, что казалось я задохнусь от нее. Но ровно до тех пор, пока не увидела Айше. Слабая, бледная с черными огромными провалами-безднами под глазами, с прозрачной кожей, через которую просвечиваются вены, с синими губами. Она лежала на с закрытыми глазами и влажные от пота волосы разметались по подушке. — Жар не спадает. Не помогают никакие лекарства. Ей очень плохо. Сказал врач и бросил взгляд на меня. — Я подготовлю все к взятию крови и переливанию. — Нет! — сказала я и оба мужчины оглянулись на меня и глаза Вахида сверкнули адской яростью. — Дайте мне скальпель или нож. Император прищурился, потом достал из-за пояса кинжал и протянул мне. — Одно неверное движение и ты не просто будешь мечтать о смерти, ты будешь о ней умолять. Твои страдания будут адскими, — прошипел он, на лице печать ненависти и ноздри раздуваются от ярости. Это не пустая угроза. Мы оба знаем КАКУЮ боль он умеет причинять. Взяла нож, прижала к запястью и полоснула по вене, потом приподняла руку над лицом Айше, поднося ближе к ее рту. Капли крови падали ей на губы, но она казалось их не чувствовала. — Это бесполезно она слишком слаба. — Свежая, теплая кровь лучше перелитой…Так было раньше. Сказала я, но врач отрицательно качнул головой и уже приготовил жгут, но в эту секунду тонкие пальцы Айше впились в мою руку и она дернула ее к своему рту, впиваясь в плоть клыками, вгрызаясь в нее, заставив меня застонать от боли и закатить глаза, когда сосущие движения ее рта потянули из меня кровь. Перед глазами все кружилось и плясало, я смотрела только на него…на своего императора, на своего палача, на своего тирана. Если я сейчас умру, отдавая всю свою кровь его сестре пусть это будет у него на глазах. — Цвет кожи меняется! — воскликнул врач, — Посмотрите! Серость и синева уходят! Регенерация…она вернулась! Я слышу его как сквозь вату. Из меня уходят последние силы. Мне кажется мои ноги онемели, а руки больше не слушаются. Сознание постепенно уплывает…Но Айше никто не останавливает, а значит она меня сегодня убьет. Выпьет до дна. «Я готова умереть…Ради тебя, Вахид….Забери мою жизнь. Она и так принадлежит тебе»- ХВАТИТ! — крикнул в ту секунду, когда мои ноги подкосились. Кто-то подхватил меня на руки. Я не видела кто, но точно знала чьи это руки…Теперь можно провалиться в черноту. Теперь не страшно. Разве я уже не умирала в его руках.