— Не понимаю, что произошло, — размышляю я вслух. — Он никогда ничего не рассказывал мне о своем отце или о бизнесе.

Сью пожимает плечами.

— Иногда люди не говорят об этом. С ним все будет в порядке.

Она умеет с этим справляться, а я — нет. Не знаю, что случилось, но я так много рассказала о себе Мейсону. Я была грубой и открытой и отдавала ему каждую частичку себя. Очевидно, он что-то скрывал. «И это предлог, чтобы ты побежала к нему», — говорит эта ехидная сучка в моей голове, но на этот раз ее голос звучит по-другому. Я практически чувствую, как что-то внутри подталкивает меня отправиться к нему.

— Кофе? — спрашивает Кэт, садясь и ставя передо мной горячую керамическую кружку. Цвет сливок в кофе напоминает цвет моих кремовых подушек, служащим акцентом дома, очень светлый из-за почти оскорбительного малого количества сливок… но именно так, как мне нравится.

Я беру кофе и дую на него, вдыхая аромат в попытке почувствовать себя нормально. Кэт занята чтением рукописи на смартфоне, но мне все равно.

Она бормочет строки, открывая книгу.

Ложь сладка, что ты мне говорил,

Она прекрасна навсегда.

Мечты и страх, что жаждал я.

Имеет сладкий вкус, такой, что нету отказаться сил.

Я не могу сопротивляться, а ты не можешь отпустить.

Твои прикосновенья исцеляют и утешает поцелуй.

Но никогда не мыслил о таком конце.

Кэт наклоняет голову, она останавливается посередине стихотворения и вопросительно смотрит на меня.

— Это о Джейсе?

Книга должна была рассказать о скорби и потере. Так и получилось, но это скорее обманчивый коктейль из двух мужчин. Я любила и потеряла их обоих.

Пожимаю плечами и делаю глоток кофе.

— Не помню, — обманываю я.

— От него есть новости? — спрашивает Мэдди, вырывая меня из мыслей.

Отрицательно качаю головой. Он получил сообщение после того, как я неоднократно отказывалась от общения с ним. Не думаю, что он когда-нибудь снова обратится ко мне.

— Ты ему звонила? — настаивает Мэдди.

— Пока нет, — отвечаю я на автомате. — Ой, нет. Нет, не звонила.

Ее голос полон надежды, когда она придвигается, царапающий пол стул издает раздражающий звук.

— Надо, — говорит она.

— Не знаю. Не хочу.

Провожу пальцами вверх и вниз по чашке и смотрю на одинокую булочку перед собой. Я не ела с тех пор, как услышала о Мейсоне сегодня утром.

— Думаю, тебе стоит, — мягко говорит Мэдди.

— А я думаю, тебе следует заткнуться, — выпаливает Сью, в ответ Мэдди вызывающе смотрит на нее.

— Она порвала с ним, и он разваливается на части… — Мэдди замолкает, и услышанное заставляет меня чувствовать себя дерьмово.

— Прекрати, — рявкает Сэм. — Она в этом не виновата.

Сью указывает на газету, чтобы подчеркнуть свои слова.

— Это не имеет к ней никакого отношения.

— Ты этого не знаешь, — мягко отвечает Мэдди, глядя на свой собственный кекс с черникой и ковыряя в нем верхушку. — Все говорят, что у него разбито сердце.

— Господи, Мэдди! — усмехается Сэм.

— Не то чтобы я намеренно пыталась причинить ему боль, — говорю я, чувствуя спазм в горле. — Я не думала, что его это так сильно волнует.…

Не знаю, правда ли это. Я не думала о нем, когда разрывала отношения. Я переживала только о себе. О своем гневе. Делаю глубокий вдох.

— Все произошло так быстро, и это было уже слишком.

— Быстро, не значит плохо, — произносит Кэт. — Мы с Дейвом обручились уже через три месяца.

Это был бурный роман, как говорится в книгах. Живописный во многих отношениях. Но у меня тоже было такой. Но все кончено.

Мое сердце умоляет меня остановиться, но я должна спросить. Это чертовски убивает меня.

— Разве это неправильно? Влюбиться в кого-то другого так быстро? После Джейса?

— Нет, — говорит Кэт и качает головой. — Однако неправильно отказываться от чего-то, потому что ты этого боишься.

В ее голосе слышится сожаление, но это не помешало ей сказать мне, что она думает.

— Вы мне весь мозг вынесете, — стону я и убираю волосы с лица, упираясь локтями в стол и пряча лицо в ладонях. — Мне не следует быть с ним, но я должна быть с ним. Я, черт побери, не знаю, что и думать! — наконец, срываюсь я.

— Что тебе нужно, Джулс? — спрашивает меня Сью. — Любовь — это всего лишь слово, а не то, что ты чувствуешь.

Из всех женщин, находящихся здесь, Сью — не тот человек, к кому стоило бы прислушиваться. Но она говорит с такой убежденностью, что я верю. Я ей доверяю.