Откидываюсь на спинку стула, ожидая, что он подойдет ближе. Тело Лиама напряжено, когда он недоверчиво поворачивает голову, все еще склонившись над моим столом.

Он качает головой, все еще сбитый с толку.

— Как, черт возьми, ты мог так поступить со мной?

Он отталкивается от стола, качая головой и отходя на несколько метров, прежде чем оглянуться на меня.

Я считываю эмоции на его лице, и вижу, когда гнев переполняет его.

— Это из-за Андерсона? — спрашивает он, и мое сердце замирает в груди.

Я инстинктивно выпрямляюсь. Мне необходимо выяснить, как много он знает.

— Какое отношение, черт возьми, он имеет к этому? — спрашиваю я весь напряженный и готовый к бою. Что он знает?

Лиам вздрагивает.

— Он?

Он наклоняет голову, и только тогда я понимаю, что он говорил о Джулс, используя фамилию ее мужа. Мое сердце опускается ниже, и холодный пот выступает по всему телу. Черт!

— Я говорю о той сучке, с которой ты трахался.

Я словно превращаюсь в камень, гнев переполняет меня, и я уже не могу его контролировать. Все вокруг становится красным, а он продолжает говорить, не обращая внимания на мою реакцию.

— Все изменилось с тех пор, как она появилась.

Я разминаю шею, решив не обращать на это внимания. Дам ему один шанс. Это все, что он получит.

— Это не имеет к ней никакого отношения.

— О да, она не убедила тебя помириться с отцом? Или трахнуть его или меня?

С каждым вопросом его голос становится все громче и громче.

— Она ни хрена не знает о моем отце, и она не имеет никакого отношения ко всему этому.

Он улыбается мне дерзкой, раздражающей улыбкой.

— Это тебя заводит, не так ли? — говорит он, обходя стол. — Это потому, что она бросила твою задницу на Мэдисон-авеню? — со смехом спрашивает он и сокращает расстояние между нами.

Я уже знаю, что это плохо кончится и просто жду подходящего момента, чтобы нанести удар.

— Что ты сделал такого, что она выбежала из машины, Мейсон? Ты ее тоже трахнул? Так же как трахал…

Я не могу остановить начатое. Ему не следовало говорить так о Джулс. Не стоило это делать. Я не могу контролировать себя, когда дело касается ее.

Резко наношу удар прямо ему в нос, его отбрасывает назад. Дважды за неделю я ударил человека. И мне снова плевать на это.

Костяшки пальцев чувствительны в местах ран, плечо пронзает боль. Адреналин заставляет мое сердце биться все быстрее и быстрее. Я делаю два шага вперед, готовый снова нанести удар и выбить из него дерьмо. Но Лиам лежит на полу, кровь течет из его носа.

Черт! Я присаживаюсь на корточки, упираюсь коленом в холодный пол и хватаю его за лацканы пиджака. Он тяжелый и неподвижный. Трясу его

— Лиам!

Меня охватывает паника. Я шлепаю его по лицу, оставляя красную отметину, брызги крови летят в стороны, но он не отвечает.

Черт. Я кладу его, голова тяжело ударяется об пол.

Проверяю его дыхание, чтобы убедиться, что он жив. Слава Богу, он дышит. Встаю, провожу руками по волосам, а затем по лицу, расхаживая по комнате.

Черт! Я смотрю на часы, у меня есть только пять, может быть, десять минут, прежде чем все соберутся. Прислоняюсь рукой к окну, чувствуя себя побежденным и полным идиотом. Я наваливаюсь на него всем своим весом, мое горячее дыхание оставляет след на холодном окне. Когда адреналин убывает, осознание того, что я только что вырубила Лиама, начинает давить на меня.

Я смотрю на свое отражение и понимаю, как сильно все испортил.

Оглядываюсь, зная, что мне нужно вызвать скорую помощь, а они, в свою очередь, вызовут полицию. Я стискиваю зубы и проглатываю свою гордость. Это будет то еще гребаное зрелище.

Однако ему не следовало даже начинать разговор о Джулс.

Он должен был понимать, что за этим последует.

Джулс

Зачем ты преследуешь меня?

И мои мысли контролируешь,

Ты поглощаешь мои сны.

Как ты все еще ранишь меня?

Оставь меня в покое,

Ведь я не принадлежу тебе.

— Это не правда, — говорю я, не подумав.

Я чувствую себя сюрреалистично, сидя за маленьким столиком в кафе, пока читаю статью.

— Ты сломала его, — шутит Мэдди, пытаясь поднять настроение.

Его компания, дружба, отец. Я знаю, что таблоиды выдумывают дерьмо, но снимок — это то, что нельзя отрицать. Что, черт возьми, случилось?

— Все обвинения сняты, и с ним все будет в порядке.

Сью машет рукой в воздухе.

Газета выпадает из рук и опускается на стол с шорохом.