— Ты все это время был так близко, всего в нескольких кварталах, — она поворачивается и забирается на каталку. — Я чувствовала, что ты наблюдаешь за мной. Напомни, как это называется? Ты сказал об этом при нашей первой встрече.

— Скопестезия30, — я никогда не говорил ей настоящего названия этого явления, просто отметил, что она способность чувствовать, как за ней наблюдают. Еще одно умение в ее арсенале, которое делает ее совершенной.

— Ага, — она медленно кивает. — Алекс и его умные словечки.

Откидываясь на спинку металлического стула, я скрещиваю руки на груди.

— Мы должны обсудить план.

Она спрыгивает с каталки и подкатывает табурет, которым Грейсон пользовался в последний раз, к металлическому столу, очевидно, готовая принять участие.

Я надеваю очки и смотрю на экран. У меня записаны даты и места, основанные на том, что я почерпнул из расписания Брюстера. Которое, конечно, может измениться и, вероятно, изменится в последующие дни. Нельзя рассчитывать на то, что профессиональный преступник будет следовать календарю, но это дает нам достаточно информации, чтобы наметить его дальнейшие шаги.

Выбор порядка событий сводится к поведению. Брюстер — идеальная жертва для серийного убийцы Мэнского ангела. Он руководит наркобизнесом, накачивая город токсинами. Таким образом, мы подстроим ловушку через поставщика. Это не так ужасно, как проделки Грейсона, но зато правдоподобно. И это все, что нужно.

Подкинем нож Брюстеру, свяжем его с убийством Эриксона, забивая последний гвоздь в крышку гроба. Грейсон накажет захудалого преступника-убийцу, и детективы закроют дело с обеих сторон.

— Грейсон будет ожидать от тебя подобного шага, — говорит Блейкли, складывая руки на столе.

Я закрываю ноутбук.

— Но не от тебя, — лезу в свой рюкзак и достаю микрочип, который она обнаружила в визитке доктора Нобл. — Это не подслушивающее устройство. Это трекер. Есть идеи, почему доктор Нобл захотела следить за твоим местонахождением?

Она начинает качать головой и резко останавливается, ее темные брови задумчиво хмурятся.

— Может, Лондон думала, что ты меня найдешь, — говорит она. — Может, таким способом она следила за тобой.

Возможно. Но Грейсон сам меня выследил, и я все равно, жив-здоров, сижу здесь, прямо на том же месте, где он меня оставил. Грейсон твердо намерен избавиться от меня, когда закончится обратный отсчет. Он знает о моих чувствах к Блейкли и может предположить, что я попытаюсь спрятать ее.

Он также забрал мою флешку и оставшиеся флаконы с составом, который для психопата-убийцы не представляет интереса. Но, возможно, это заинтересует доктора Нобл. Убийство Блейкли, возможно, не будет их конечной целью.

Я пока придерживаю эту теорию при себе и кладу чип на стол.

— Ты собрала сумку?

— Я взяла все, что нужно, — подтверждает она.

Вчера я сказал, чтобы Блейкли убрала из своей квартиры все важное, пока анализировал чип и готовил почву для Брюстера. Пять дней на то, чтобы обвинить двух человек в убийстве, не оставляют права на ошибку. Мы не можем упустить ни одной возможности, потому что один из нас готов все бросить и сбежать.

Вариант того, что Блейкли остается со мной, дает дополнительные преимущества.

— Но ты мне не ответил, — говорит она. — Значит, у тебя есть свои подозрения, почему Лондон следила за мной.

Я переплетаю пальцы и выдерживаю ее пытливый взгляд.

— Я думаю, на встрече с доктором Нобл ты сказала то, что вызвало у нее интерес, — не могу сказать ей больше.

Она встает со стула и подходит к окну, чтобы выглянуть наружу. После долгой паузы говорит:

— Лондон упомянула кое-что странное во время нашего разговора, — она поворачивается, смотря на меня. — О Мэри.

Упоминание сестры привлекает все мое внимание. Я встаю и засовываю руки в карманы, подавляя желание проверить время.

— И что это было?

— Во время сеанса Грейсон рассказал ей, что Мэри где-то избавлялась от тел своих жертв. Не знала точное местоположение. Но я поняла, где это.

Ледяная тревога разливается по моей крови.

— Это все? — мой голос стальной. Я требую, а не спрашиваю.

— Я нашла кости, Алекс, — говорит она. — Когда спасалась от пожара, я упала прямо на них, — она поднимает руку, показывая красный шрам на тыльной стороне ладони. — Это останки твоих жертв? Или сестры? Или обоих? Потому что, я думаю, Грейсон очень скрупулезен, когда дело доходит до изучения всех относящихся к делу деталей о своих жертвах? Например, где они хоронят людей, которых убили.

Когда она опускает руку, я отвожу взгляд.

Черт возьми.

Не задумываясь, я провожу забинтованной рукой по волосам, и пульсирующая боль оживает. Иду в другой конец комнаты. Мне нужно время подумать, переварить. Всегда есть осложнения. Не обязательно менять план.