Когда я смотрю на Мэнникса, мои плотно сжатые губы начинают дрожать. Он не первый грубиян, который мной командует. У меня был охранник. В детстве Маркус присматривал за мной и Фабианом и даже играл с нами в редкие моменты. Он был крупнее Мэнникса, но время от времени улыбался. Я хочу спросить у человека, стоящего рядом, жив ли еще Маркус, но не хочу выдать свою слабость, пока не хочу.

В голове все время крутятся мысли о том, как я была на той сцене, о простой свободе, которая была так близка.

Иллюзия надежды.

Надежда — хрупкое чувство там, откуда я родом. Ее желают так же сильно, как и боятся.

Надежда может сломать вас.

— Послушай, — говорю я ему, стараясь быть искренней. — Завтра у меня занятия по танцам. Я не могу просто не прийти. Люди будут волноваться. Они могут позвонить в полицию, заявить о пропаже человека…

— Это уже решено. — Конечно, решено. Я попробую еще раз.

— Серьезно. Мне нужно поговорить с… — Я не знаю, как его назвать. Люциан. Мистер Кросс. Мой обреченный жених. Мне просто нужны ответы.

Мэнникс — статуя. Невозмутимый. Неподвижный. С твердым подбородком и идеальной осанкой он похож на агента секретной службы. Но с устрашающими татуировками и мускулами, способными выжать жизнь из любого, кто бросит на него неверный взгляд.

— Я должен проводить тебя в столовую, — наконец говорит он, окидывая меня взглядом.

Это только начало. На самом деле мне хочется бежать. С каждой секундой мне кажется, что я теряю драгоценное время для побега. Чем дольше я остаюсь в этих стенах, тем сложнее будет их покинуть.

Он продолжает следовать за мной, направляя меня по коридорам. В доме все по-старому. Антиквариат и дорогое бельгийское постельное белье. А не хлопок-лен, как в Америке. Я итальянка, поэтому меня воспитали так, чтобы я знала разницу.

Стены украшены роскошными натуральными тканями, а эффектные предметы современного искусства украшают просторные комнаты, придавая особняку очарование старого мира с современным настроением. Столкновение элементов дизайна. Как будто человек, живущий здесь, борется с двумя мирами.

И тут меня осеняет вопрос: а не живет ли он здесь один со своими солдатами? Кому еще принадлежит этот дом? Семье?

Угрызения совести захлестывают мою грудь, когда я вспоминаю его слова в гостиной. У него нет семьи.

Из-за моей.

Мир криминальных авторитетов безжалостен, и, хотя я могу испытывать печаль по поводу его потери и даже стыд, если моя семья имеет отношение к их гибели, факт остается фактом: этот мир забирает. Он уничтожает. Его семья должна была знать о рисках и последствиях.

Но месть члена мафии не знает границ. Они будут брать и проливать кровь, пока не останется ничего.

Эта нездоровая мысль не дает мне покоя, когда я вхожу в столовую. Большие кованые люстры с тусклым светом нависают над огромным дубовым столом в деревенском стиле, уставленным одним блюдом. Шерстяной ковер натурального цвета обрамляет безупречное пространство.

Через распашную дверь входит Нора с сервировочным блюдом. Она ставит блюдо на стол и вытирает руки о фартук.

— Ты не одета для ужина. — Ее тон ругательный. — Люциан будет недоволен. — Я обвожу взглядом пустую комнату.

— Одеться, чтобы поесть в одиночестве? Он это переживет. — Она хмурит брови, неодобрительно качает головой, переставляя посуду. — Кроме того, я не голодна. Я хочу увидеть Люциана. — Его имя мерзко звучит на языке. — Где он?

Женщина цокает.

— Он занимается делами, Кайлин. Лучше оставить его в покое.

— Это безумие. — Я широко раскрываю руки и оглядываю комнату в поисках камер. — Меня похитили. Украли. — Я показываю на Мэнникса. — Он надел мне на голову мешок и бросил в багажник. Моего отца пытали и шантажировали, чтобы заключить какую-то коварную сделку. А со мной все обращаются так, будто я просто гость.

Мэнникс ничего не говорит, незаметно сливаясь со стеной. Нора лишь бросает на меня обвиняющий взгляд, как будто я самый неблагодарный гость в доме.

— Это неправильно, — бормочу я, внезапно лишившись сил. — Я сама его найду.

В ответ на ее поднятый палец я поворачиваюсь к ней спиной и выхожу из комнаты, не обращая внимания на то, что мой охранник идет следом. Эти люди ничего не смогут мне сделать. По крайней мере, я так думаю.

Судя по тому, что я поняла во время встречи я нужна этому мужчине. Иначе зачем бы он заключил договор о нашем браке? Ему нужен союз с моей семьей, а с мертвой девушкой он этого не добьется.

Я брожу по коридорам и комнатам, и тишина становится жуткой. Когда я поднимаюсь по винтовой лестнице на второй уровень, Мэнникс прочищает горло. Я бросаю на него подозрительный взгляд, и он качает головой вправо, указывая на еще более уединенную часть дома.

Возможно, он устал от ходьбы или ему любопытно посмотреть, что со мной будет. В любом случае, я понимаю намек и прохожу через две огромные дубовые двери, ведущие в открытое бетонное пространство с окнами от пола до потолка. В центре просторного помещения находится прямоугольный бассейн.

Я нахожу своего похитителя на мелководье у ступенек.