– Утри слёзы, Арина, – касаюсь влажной щеки сестры. – И начинай настраиваться на свой суперразвратный и весёлый девичник. Его не забудешь ни ты, ни Олег.

– Я ни за что не выйду из комнаты в таком виде! – категорично высекает Арина, с ужасом глядя на себя в зеркало.

А я налюбоваться не могу своей красоткой сестрой. На ней белое мини-платье. Аля невеста, только развратная и чертовски сексуальная версия. Ажурное платье соблазнительно облегает её фигуру и едва прикрывает зад. А ещё оно прозрачное. Декоративная фата и та более плотная. В этом платье Ари, можно сказать, голая. Одно белое нижнее бельё прикрывает самые интимные зоны. Бомба! То, что нужно для последней вечеринки в качестве незамужней девушки. И особенно этот наряд идеально подходит, чтобы проучить жениха-кобеля, который стопроцентно придёт в бешенство, когда увидит Ари в таком образе в компании полуголых мужчин.

– Ты шикарна, – подойдя к сестре сзади, заявляю я.

– Я выгляжу как шлюха.

– Как самая красивая шлюха на свете.

– И это должно было меня как-то приободрить?

– Конечно, ведь ключевое слово «как». Ты не шлюха, и всему Морену это известно, что бы ты на себя ни надела. К тому же ты не одна будешь так выглядеть. Я тоже сегодня не отличаюсь скромностью, – указываю на такое же прозрачное платье, как у Ари, только красного цвета. – Плюс всем твоим сучкам послала такие же наряды, чтобы мы все были одинаковые. И на удивление, они согласились.

– Они не сучки.

– Ладно, стервы. Но не суть. В кои-то веки они поддержали мою идею. Пусть у меня с ними отношения не очень, но не могу не признать, что тебя они любят. И я тоже люблю, поэтому хочу, чтобы ты сегодня прекратила хандрить из-за мудака, вышла из своей зоны комфорта и оторвалась на всю катушку. Хотя бы раз в жизни тебе нужно отбросить все страхи и повеселиться от всей души.

– Если я сделаю это, то по острову быстро поползут слухи, а я не хочу этого. Поэтому ни за что не выйду в этом! – повторяет Ари, и я разворачиваю её к себе лицом.

– Пойдёшь, как миленькая. Ничего никуда не поползёт, потому что никто, кроме меня, тебя, твоих подруг, танцоров и Олега, не увидит того, что будет происходить на вечеринке. Я уже обо всём позаботилась. Твой девичник пройдёт в закрытом VIP зале «Вельвета». Мы будем отделены от всей остальной толпы. Плюс в этот вечер фейс-контроль на входе заберёт у всех посетителей телефоны. Никто ничего не сможет увидеть или заснять. Кроме меня. И уж поверь, я постараюсь запечатлеть кадры погорячее, чтобы потом порадовать Олега, – с предвкушением произношу я, улыбаясь, однако Ари не разделяет моего настроения.

– Я всё равно считаю это плохой затеей. Мне нужно было сразу отказаться, Кара, а не заставлять тебя заниматься организацией девичника. Я не смогу, – со слезами на глазах произносит Арина, на сей раз не вызывая во мне ничего, кроме раздражения.

Все прошедшие три дня я в прямом смысле постоянно утирала ей слёзы и поддерживала. Была рядом и держала за руку, когда Олег звонил ей с работы и разговаривал с ней как ни в чём не бывало, а Ари приходилось притворяться, будто всё в порядке, и придумывать отмазки, почему она не сможет с ним встретиться вечером. Мне даже пришлось отменить наши с Димой вечерние разговоры, так как я не хотела оставлять Арину одну. И сейчас она мне заявляет, что не хочет круто провести вечер и отомстить этому козлу?

– Значит, ты хочешь всё отменить? – спрашиваю монотонно, хотя хочется кричать от разочарования.

– Прости, Кара. Но я не смогу… Я ведь не ты. Мне не хватит смелости выйти в таком виде, чтобы провести вечер в клубе. Даже в отдельном зале. Это платье. Этот яркий макияж. Это не я. Не смогу.

– Понятно, – вздыхаю. – Значит, всё отменяем. И устраиваем такой девичник, какой ты планировала устроить изначально. Ах, да! – хлопаю себя по лбу. – Ты же вообще не планировала его устраивать, поэтому давай ещё один вечер проведём дома, поедая мороженное и заливаясь слезами. И позволим Олегу и дальше безнаказанно сосаться со всеми подряд в барах и клубах. А, может, не только сосаться, но и трахаться. Ему же можно. Он ведь мужик. А ты будешь молчать в тряпочку и делать вид, что ни о чём не знаешь. Мило улыбаться ему и быть покладистой хорошей невестой, а потом женой. Не жизнь, а сказка. Не так ли, Ари? – скрещиваю руки на груди и смотрю на неё с негодованием.

Правда, негодование моё длится не дольше десяти секунд. После грусть в глазах сестры сменяется яростью, а значит, мои слова сработали как надо. Арина сжимает губы в тонкую полоску, хмурит свои изящные брови и, недолго подумав, выдаёт:

– Чтоб тебя, Кара! Твоя взяла. Идём, – со злостью хватает лёгкую тунику, которую я посоветовала ей натянуть, чтобы скрыть от родственников свой пушка-наряд, и стремительно двигается к выходу из спальни, будто боится, что передумает.