Стикс поднял молоток, объявляя время церкви. В ту минуту, когда дерево ударилось о дерево, двери за нами захлопнулись. Мы все обернулись и увидели, как в дверь вошел высокий блондин. Его волосы были зачесаны набок, как будто он принадлежал к гребаным сороковым. Короткая борода обрамляла его лицо. Он улыбнулся. «Давно не виделись, вы, гребаная кучка янки-дрочеров!» Его сильный британский акцент пронесся по комнате, как молния.

«Да!» — закричал Вайк, вскакивая со своего места, прорываясь сквозь нас, братьев, чтобы поднять парня с пола и развернуть его. «К черту гребаное ДА! Гребаный Барнаби Радж!»

«Вике!» — поприветствовал его парень, широко улыбаясь. «Как там мой соучастник?»

«Теперь, когда ты здесь, я просто в восторге».

Кай протиснулся сквозь толпу. Он застонал и закатил глаза. «Радж, какого хрена ты тут делаешь?»

Радж обнял Вика, их массивный рост совпадал. С дерьмовой ухмылкой он объяснил: «Здесь кулачные бои на трассе. Слышал, что здесь, в добром старом Техасе, была встреча президентов и вице-президентов». Он дернул подбородком. Я посмотрел на его порез. Он был из лондонского отделения в Англии.

«Да, вице-президенты и президенты », — подтвердил Кай, оставив предложение в подвешенном состоянии. Радж явно тоже не был.

Он пожал плечами. «Да, приятель. Но это же я. Судья, блядь! Я знал, что ты захочешь меня здесь видеть, если бы знал, что я рядом».

«Ты знаешь это!» Вайк похлопал Раджа по спине своей огромной лапой.

«Ну и что?» — спросил Радж, его серые глаза нашли Кая. «Что происходит?»

«Мы идем на войну, — взволнованно сказал Вике. — Картель и Клан вместе».

Радж застонал, закатив глаза. Он прикусил губу. «Бляя…

«Война», — прошептал Вике и издал свой собственный фальшивый стон.

«Ага», — сказал Радж. «Это просто случилось. Кончил на мои чертовы боксеры». Радж подошел к Каю и обнял его. Ему было около двадцати пяти, может быть, и он был чертовски разрезан на куски.

Я понял это, потому что Вайк поднял рубашку Раджа и сказал: «Чёрт, Радж, ты всё ещё, блядь, порезан». На его груди была вытатуирована огромная татуировка в виде британского флага, а на животе — британский бульдог, курящий трубку.

«Всегда». Он нанес несколько быстрых ударов в воздух Вике. «И все еще убивая людей одним ударом». Ублюдок был быстр. Он выглядел как хороший боец. «У тебя есть комната для меня, большой мальчик?»

«Чёрт возьми, да», — сказал Вике, и они растворились в толпе братьев, направлявшихся к бару, чтобы выпить.

«Блядь. Если пойдет дождь, то он, черт возьми, льет как из ведра», — пробормотал Кай, отправляясь на поиски Стикса.

Когда все отошли от стола, мой взгляд упал на тело, все еще лежащее на полу. На мое плечо легла рука. Кто-то подошел с другой стороны. Я поднял глаза и увидел, что это были Ворон и Ковбой. «Думаешь, это сделал кто-то из вас?» — сказал Ворон.

Я покачал головой. Ковбой тоже… потом я встретился взглядом с Ковбоем и понял, что мы оба думаем об одном и том же.

Сиа.

«Ну», — Кроу посмотрел на нашивку в своей руке. «Похоже, мне придется управлять гребаным клубом».

«Поздравляю, ты этого заслужил», — искренне сказал я. Ковбой пожал ему руку.

«Ты можешь вернуться», — сказал Кроу. «Возвращайся домой. Для тебя всегда найдется место за моим столом».

Я встретился взглядом с Ковбоем и понял, что он чувствует то же, что и я. «Теперь мой дом — Техас, Кроу. Но спасибо».

Он кивнул. «Я так и думал, но хотел, чтобы ты все равно это знал». Он хотел уйти, но я схватил его за руку.

«Ты…» — я прочистил горло. «Ты заботишься о…?» Я замолчал, даже не желая произносить их имена.

Улыбка Кроу была просто чертовски злой, когда она расползалась по его губам. «О, mon ami , я, блядь, позаботился о них всех ». Он закрыл глаза и застонал. «На самом деле, я прокручиваю это дерьмо в голове каждую ночь, просто чтобы уснуть». Он ушел, и я быстро выдохнул. Джейс и те другие ублюдки исчезли.

Справедливость восторжествовала.

Последняя привязь, которая тянула меня с той ночи, наконец-то вырвалась на свободу. Ковбой обнял меня за плечо, поцеловал в голову и спросил: «Выпить?»

Я кивнул, собираясь пойти с ним, когда Таннер подошел и встал рядом со мной. Он неловко покачался на ногах. «Мы можем поговорить?»

Я сузила глаза, но, почувствовав ободряющее сжатие руки Ковбоя, кивнула. Я последовала за Таннером на улицу к скамейке, глядя на фреску Аида и Персефоны.

Таннер сел. Он подождал, пока я сяду рядом с ним. Он взял сигарету из своего резака и закурил. Сделав глубокую затяжку, он выдохнул и затем склонил голову. «Теперь я понял», — сказал он, его голос был чертовски грубым. На самом деле, теперь, когда я посмотрел на Таннера, он выглядел дерьмово. Его кожа была бледнее обычного, а вокруг глаз пролегли темные круги.