– Да твою ж мать! – ухватываюсь за гриф и срываюсь с места, утаскивая за собой Серену.

– Стоять! – кричат нам в спину, но я не слушаю. Хрен знает, как из этого выпутаться, поэтому лучше очень быстро свалить. Тем более там всего один патрульный.

– Так, – выдыхаю я. – Разделимся. Ты бежишь вперед, а я отвлеку на себя его внимание. Поняла? – выпускаю ее руку.

– Нет! – Серена притормаживает и снова впивается в мою ладонь. – Вместе! Я знаю место.

Она рвется вперед, теперь уволакивая меня следом. Я едва не падаю, почти путаясь в ногах, но нам удается спрятаться от света фонаря. Мы плутаем между рядами контейнеров и проскальзываем в один из них. Забиваемся в угол, и я прикрываю Серену своей спиной, расставив руки по обе стороны от ее плеч. Тут сыро. Воздух сбит и пропитан запахом ржавого железа, но сейчас мне глубоко наплевать, даже если я нечаянно окажусь в куче крысиного дерьма, – лишь бы Серена не пострадала.

– Господи… – дрожит ее голос.

– Тише, – накрываю ей рот ладонью.

– Эй! Выходите! – снаружи кричит коп, и свет от фонарика проходится по нашему контейнеру.

– Эзра… – страхом пропитана она вся, и я крепче вжимаю ее в жестяную стену, заслоняя собой.

– Не бойся. С тобой ничего не случится. Я не позволю. В крайнем случае я всегда могу его убить, – она дергается под моей рукой, и я слабо улыбаюсь. – Шучу, конечно.

Мы часто дышим. Серена напугана и колотится подо мной. Одной рукой она сжимает гитару, а пальцы второй вдавила мне в ребра под курткой. По крыше начинает барабанить слабый дождь. Мы замираем, когда свет снова падает на внутренние стенки контейнера, и одновременно выдыхаем, когда коп проходит дальше. Он не услышал, и я еще никогда не был так рад дождю.

– Ты в порядке? – шепчу в непроглядной темноте, касаясь ладонью ее лица.

– Нет, – выдыхает где-то на уровне моей шеи, и я вздрагиваю от жаркого дыхания. – Меня сегодня бросили и даже не выслушали. Разве я могу быть в порядке?

Если бы не тот коп, который еще бродит где-то рядом, я бы снова заорал. И тут бы не спас даже ливень. Внутри опять бушует злость, и мне нужно найти ей выплеск. Но я не могу. И лишь ухватываюсь за ее плечи, вдавливая Серену в стену контейнера.

– Прошу, лучше замолчи, – скриплю зубами.

– Я не предавала тебя, Эзра, – шепчет она. – И мне до глубины души обидно, что ты вообще мог обо мне такое подумать. Разве я бы смогла? Разве ты считаешь, что твои слова для меня ничего не значат? Разве я каждого подпускаю так близко, как подпустила тебя? – тихо всхлипывает.

О черт. В сердце что-то щелкает. Неужели я и вправду кретин?

Нет. Не может этого быть. Я все видел своими глазами.

– Тогда что ты делала в его тачке? Как там оказалась? Не знал, что ты настолько близка с Шейном, чтоб он подрабатывал твоим личным водителем.

– Это вышло случайно! – Серена повышает голос, и я тут же снова накрываю ей рот ладонью.

– Ты ненормальная? Соскучилась по компании копа? Так давай просто его сюда позовем! Эй, уважаемый полицейский, не хотите присоединиться к нам в своей миленькой тематической форме? Сыграете в доброго копа, а я буду плохим? Или наоборот?

– Ты идиот, – сбрасывает мою руку со своих губ.

– А ты все никак не заткнешься.

– Потому что ты не слышишь с первого раза.

– Ну, конечно. Посмотрел бы я, с каким энтузиазмом ты бы слушала меня, если бы застала в одной тачке с Рэйчел!

– Ты с ней трахался! – толкает меня в грудь, но я остаюсь стоять предельно близко, сжимая ее в руках. – Разницу чувствуешь?

– А откуда я могу знать, что ты не трахалась с Шейном за моей спиной?

Серена размахивается и лепит мне сильную пощечину, от которой я даже пячусь назад.

– Ненавижу тебя. И все, что ты олицетворяешь.

Хватает гитару и проносится мимо меня.

– Серена, постой!

После секундной паузы выскакиваю вслед за ней под дождь. Мне уже плевать на гребаного копа, лишь бы поймать ее. Ту, которую снова обидел и оскорбил. Я главный кретин из всех вселенских кретинов. Это ведь Серена. Та, что дрожала подо мной. Та, которая плакала и убегала от одного прикосновения. Та, которая разрешила любить себя только мне.

Господи. Какой же я урод. Почему озарение всегда случается так поздно?

– Серена, остановись! – едва успеваю за ее извилистым побегом и настигаю почти у выхода из порта.

– Не пойму, ты мазохист? – вскрикивает она, как только я хватаю ее под локоть и разворачиваю к себе. – Нравится, когда тебя бьют? Или мало получил? Оставь меня в покое!

– Не оставлю, – притягиваю ее ближе. Блять, как я ошибался. Как я мог забыть, что она не как все? Что передо мной не кто-то, а моя Серена? Мое совершенство.

– Придется. Мне срочно захотелось потрахаться с твоим братом, – шипит сквозь зубы.

– Не захотелось.

– С чего вдруг такая уверенность? А, может, сообразим на троих? Что скажешь? Такое тебя разозлит или возбудит? Проверим? Позвоним Шейну?