— Пожалуйста, — умоляла я, зная, что звезды слышат меня, и снова сдалась на их милость, когда снова поцеловала его, желая, чтобы он вернул напор своих губ на мои, чтобы его глаза открылись и чтобы он посмотрел на меня, когда я прерву этот поцелуй. — Пожалуйста, только не он.

Груз звездных взглядов на моей спине, казалось, пытался вдавить меня в грязь, так как они продолжали наблюдать за моей гибелью с восторженным вниманием и холодным отстранением. Они не сделали мне никакого предложения. Ни слова не прозвучало в ответ на мою мольбу, и мужчина, которого я так отчаянно люблю, не шелохнулся подо мной.

Мои пальцы коснулись его руки, и всхлип застрял у меня в горле, когда я почувствовала прохладный металл Поцелуя Феникса, который я подарила ему, вернувшись в форму браслета после его ухода из этого мира, еще один гвоздь в гроб этой несправедливой судьбы.

Звуки возбужденных криков Нимф дополняли мое горе, когда они пришли за мной, увидев, что я наконец-то уязвима на земле, и наперегонки друг с другом стремились заполучить приз моей силы, в то время как мое сердце разбилось на большее количество осколков, нежели могло быть воссоединено.

Они рассыпались, как песчинки, из моей груди и рассеялись на холодном ветру, устремляясь на поиски его за Завесой и умоляя вернуться ко мне.

Ярость росла во мне с каждой секундой, пока я держала его неподвижную руку в своей, я тонула в агонии его смерти и отказывалась думать о будущем, в котором буду вынуждена встать и оставить его лежать мертвым подо мной. Яростная энергия росла и росла, пока не сожгла слезы с моих щек и не вырвала боль из моего сердца, оставив меня поглощенной гневом, подобного которому я никогда не испытывала прежде.

— Это не наша судьба, — прорычала я ему в губы, и моя рука метнулась, схватив клинок из солнечной стали, который был зажат в его груди. Холодный металл обжег мою ладонь острым укусом реальности, насмехаясь над моими просьбами к звездам и напоминая мне о том, что он украл.

С яростным рыком я вырвала лезвие, разорвав поцелуй с пустым сосудом, в котором должен был находиться любимый мужчина, и обратила свой яростный взгляд на звезды, которые продолжали наблюдать за моим разрушением, словно для них это было ничем. Ничто в их вечном существовании.

Но они ошибаются.

Я не была ничем. Я — ярость, агония и несметная сила, объединенные в душе, которую они уже слишком много раз пытались расколоть на части.

Моя сестра потеряна для меня где-то в кромешной тьме, все мои друзья пропали без вести и столкнулись со своими судьбами, и шансы, как всегда, оказались против них, а мой мужчина, хранитель моего сердца и обладатель всего моего существа лежит замертво в моих руках, как жертва их жестоких замыслов.

Я перевела взгляд на оружие, вырвавшееся из моих рук, и почувствовала холодный поцелуй лезвия из солнечной стали, врезавшегося в мою ладонь, когда я крепко сжала его. Я смотрела на него сверху вниз, чувствуя, как моя кровь смешивается с его кровью на острой кромке, и мое разбитое сердце бешено колотилось при мысли о жизни без него.

Кровь капала между моих пальцев, его, моя, наша. В этом чувствовалась магия. Древняя магия, которую я ощущала в воздухе вокруг себя, а внутри меня росла сила, подобной которой я никогда не ощущала, когда прильнула к нему. Это были не мои Элементы, не мой Феникс и не любая магия, которую я знала. Это была сырая, дикая сила, суть всего, чем мы были и чем мы когда-либо будем.

Я посмотрела на бессердечное небо с проклятьем на губах и вонзила лезвие глубже в свою плоть, зная, что на ней останется шрам, и приветствуя боль, я опустила оружие и подняла кулак к звездам, чтобы они увидели смесь крови моего партнера и моей собственной, стекающую по моей руке.

— Я разорву небеса на части за это, — прорычала я, вскидывая свободную руку и используя магию воздуха и воды, чтобы послать капли нашей крови в небо, чтобы они могли полакомиться ими. — Я разорву ваш мир на куски и вырву вашу власть над судьбой из ваших гребаных кулаков кровью, огнем и местью за это, — закричала я на них, сила хлестала вокруг меня и заставляла мои волосы развеваться от ее силы, когда все больше и больше крови устремлялось к небесам. — Клянусь своей жизнью, я проклинаю вас. За его жизнь, я проклинаю вас. И за нашу судьбу, я покончу с вами!

Тьма поднялась во мне, и я погрузилась в отчаяние от того, что это наш конец, тело Дариуса такое холодное и хрупкое подо мной, его кровь окрасила мою кожу, а его сильное и могущественное присутствие исчезло там, куда я не могу последовать.

Нимфы закричали в знак победы, когда они взошли на холм; бесчисленное множество их обрушилось на меня с голодом, выходящим за рамки разумного, и жаждой моей смерти, которую я встретила с яростью своего горя.