Глаза Сета сузились, и он внезапно покачал головой. — Мне нужно идти, — пробормотал он, проходя мимо меня, его плечо врезалось в мое, отбрасывая меня в сторону и посылая всплеск боли в мою руку.

Я резко обернулся, рычание автоматически поднялось в моем горле, но оно застряло там, когда я заметил темные линии новой татуировки, сияющие на его коже, замысловатый красивый рисунок, идеально расположенный между лопатками, как мы и обсуждали все эти недели назад. Это был полумесяц с волком, сидящим на изгибе у его основания, в то время как летучая мышь висела на изгибе выше, их лица были обращены друг к другу, но они были просто недосягаемы. Внутри луны были часы без стрелок, только кольцо цифр и разбитые шестеренки, рассыпающиеся из-под нее в красивый узор.

— Ты сделал татуировку, — тупо сказал я, потому что он, очевидно, уже знал это, но он замер при моих словах, глядя на меня через плечо, держа одну руку на дверной ручке.

— Да, — хмыкнул он.

— Ты добавил к ней кое-что, — сказал я.

— Да.

— И что это значит?

Он пожал плечами, губы плотно сжаты, в глазах — тайна.

Я бросился к нему, остановился прямо за ним, так близко, что его запах поглотил меня, заставив мои легкие расшириться, а узел в моем сердце немного ослабнуть, когда я протянул руку, чтобы проследить линии чернил.

Кожа Сета покрылась мурашками от моего прикосновения, его плечи откинулись назад, мышцы напряглись и стали казаться более четкими, когда он медленно выдохнул.

— Это прекрасно, — прошептал я, мой пульс бился неровно, пока я продолжал прослеживать узор, не в силах остановить себя от желания воспользоваться предлогом, чтобы прикоснуться к нему.

— Прекрати, — прорычал Сет, угроза в его тоне заставила меня замереть, но мои пальцы остались на его коже.

— Почему? — рискнул спросить я, оправдываясь тем, что сегодня вечером я выпил алкоголь, хотя я знал, что уже излечился от большинства его последствий. Я снова начал двигать рукой, но Сет набросился на меня, схватил мое запястье в свою хватку и ударил меня спиной о стену, прижав меня к ней со злобным рычанием.

— Я сказал, остановись.

Я задрал подбородок, встретившись с ним глазами, его волчий взгляд искрился серебром и коричневым, ярость в нем опьяняла, хотя я знал, что она должна быть ужасающей. — И я спросил, почему.

Его пальцы сгибались там, где он все еще держал мое запястье, его челюсть дергалась, а в горле поднимался звук, что-то среднее между хныканьем и рычанием.

— Ты был мудаком сегодня вечером, — сказал я, мои мышцы напряглись при воспоминании о его словах, обращенных ко мне, как они непрерывно прожигали путь через мой череп с тех пор, как он их произнес.

— Я — мудак каждую ночь, Кэл, просто тебе нравится забывать об этом, когда тебе это удобно или когда это не направлено в твою сторону, — отмахнулся он.

— Значит, смесь Луны и Венеры заставляет тебя думать, что ты какой-то секс-гуру? — выпалил я. — Потому что ты, кажется, очень хотел сказать мне, насколько лучше, по твоему мнению, ты можешь трахаться, чем я, а затем ты продолжил пытаться убедить других в том же самом. Собирался ли ты присоединиться к стае Розали после того, как научишь их трахаться?

— А что, если да? — он пожал плечами, оттолкнулся от меня и отвернулся, пробираясь по комнате, как животное, свет от мерцающего огня заставлял тени плясать по его новой татуировке. У меня пересохло во рту, пока я смотрел, как он уходит от меня, оскорбление и высокомерие заставили монстра во мне поднять голову.

— Ты, похоже, не готов к вызову, который я тебе бросил, так почему бы мне не получить пинок в другом месте? — добавил он.

Моя кровь горячо и яростно запульсировала в венах, подтекст его вопроса заставил меня захотеть и ударить его, и доказать, что он не прав. Я с рычанием бросился к нему, мои клыки оскалились от желания напомнить ему, кого именно он приманивает.

Но вместо того, чтобы столкнуться с твердой плоскостью его тела, я врезался в воздушный щит, сила моего удара о него сломала мой чертов нос, так как я врезался в него на полной скорости и отшатнулся назад.

Лоза обвилась вокруг моей лодыжки и свалила меня с ног, и я выругался, упав на кровать, моя собственная кровь заливала мое лицо.

Я исцелил свой нос вспышкой магии, но Сет еще не закончил свою маленькую демонстрацию силы, и он зарычал, как зверь, набросившись на меня. Он поймал мои запястья в свои руки и зажал их над моей головой, усевшись на меня, его бедра прижались к моим, и он использовал свой вес, чтобы удержать меня на месте под ним.

— Ты хорошо выглядишь внизу, Калеб, — поддразнивал он. — Хочешь узнать, как это здорово — быть моим сабмиссивом?

Я оскалил клыки, пытаясь оттолкнуть его от себя, сердце бешено колотилось в груди. Я метался между яростью и возбуждением от этой игры, которую, как я знал, никто из нас не хотел проигрывать.