Когда я добрался до здания Лунного Досуга и бурные возгласы толпы переросли в грохот в моих ушах, я оглянулся на Дарси, увидел блеск паники в ее глазах и рванул прочь от нее со стремительной скоростью в поисках ее сестры. Похоже, опасность все равно была впереди нас, и ее страх за сестру вызвал во мне еще одну вспышку решимости остановить Наследников.

Только я вошел внутрь, как жестокий смех зазвенел в воздухе, и рычание сорвалось с моего языка, когда я увидел лед и девушку, оказавшуюся под ним.

Я подошел к краю бассейна и нырнул с бортика, выпустив из ладоней поток воды, который растопил лед еще до того, как я ударился о него. Я погрузился глубоко в ледяной бассейн, бушующий шторм магии закрутился вокруг моего тела, захватывая мои конечности, и я пробивался сквозь него силой своей магии, прокладывая путь через воду к бессознательному телу Тори, которое погружалось все глубже в бассейн.

Я обхватил ее рукой и сильно ударил ногой, используя свой дар, чтобы использовать воду и быстрее вытащить нас на поверхность.

Я глотнул воздуха, когда вынырнул на поверхность, и крепко прижал Тори к себе, когда шум толпы стих до возбужденной болтовни и чуть более нервного смеха. Моя челюсть пульсировала, пока я плыл к краю бассейна, стараясь не думать о том, что произойдет, если она умерла. Если Наследники на хрен убили ее. Если Дариус убил.

Дарси издала отчаянный всхлип, когда я поднял Тори на бортик бассейна, и она ухватилась за ее руку, когда я вынырнул из воды.

Мое сердце тикало, как бомба, ожидающая взрыва, но я должен был сосредоточиться, я должен был, черт возьми, вылечить ее.

— Тори, — всхлипнула Дарси, и мои мысли вернулись в прошлое, к тому моменту, когда я видел, как умирает моя собственная сестра, и ее имя срывалось с моих губ с таким же горем, с каким имя Тори срывалось с ее губ.

Мой пульс бился в ушах, когда я опустился на колени с другой стороны Тори и прижал руку к ее лбу, ее кожа была такой холодной, а сердцебиение не доносилось до моих ушей. Я не был уверен, потому ли это, что сердце Дарси билось так громко, или потому что его не было, но в любом случае я должен был действовать так быстро, как только возможно, чтобы попытаться вернуть ее.

Дарси вздрогнула, ее глаза остановились на неподвижных чертах лица Тори, на ее синих губах.

Ну же. Ты боец, Тори Вега. Очнись.

Я искал воду в ее легких своим Элементом, цепляясь за нее, пока продолжал вливать в ее вены целительную магию. И одним уверенным рывком магии я заставил ее прокашляться.

Ее глаза распахнулись, и она тяжело поднялась, отплевываясь, в то время как я отпрянул в сторону, чтобы освободить ей дорогу. Она была в нижнем белье, ее тело сильно дрожало, но, когда Дарси обняла ее, я понял, что с ней все будет в порядке.

А вот Наследники — с другой стороны…

Мой взгляд метнулся к ним, когда все четверо начали отступать к выходу, и гнев обрушился на меня как гром.

— ЕСЛИ ХОТЬ ОДИН ЧЕЛОВЕК В ЭТОЙ КОМНАТЕ СДВИНЕТСЯ ХОТЬ НА ДЮЙМ, ВЫ БУДЕТЕ НЕМЕДЛЕННО ИЗГНАНЫ! — закричал я так громко, что ни один студент в этом помещении не смог бы пропустить это.

Наследники перестали идти, погрузившись в молчание.

Дариус провел рукой по шее, его челюсть сжалась, а глаза превратились в море невыразимой тьмы.

Сет прижимался к ним всем, словно пытаясь успокоить, а вид волос Дарси, выглядывающих из кармана, обострил мой гнев до смертоносного лезвия.

— Лицом к гребаной стене, — приказал я, заставив вздрогнуть половину студентов, но не гребаных Наследников. Нет. Они были королями проклятого звездами мира, и они явно думали, что могут растоптать любого, кто попадется им под руку, и выйти сухими из воды.

Я попытался поймать взгляд Дариуса, но он не смотрел на меня. Его челюсть была сжата, черты лица — маска холодной отстраненности, и у меня возникло ужасное чувство, что на этот раз его отец действительно победил. Ему наконец-то удалось вылепить сына по собственному образу и подобию, и, черт возьми, было ужасно видеть результат этого, направленный на меня. Все четверо, как один, повернулись, повинуясь мне, выстроились лицом к стене, и я зашагал, решая, что с ними делать.

Мои мышцы напряглись, когда остальные зрители сгруппировались вместе, словно это могло спасти их от моего гнева.

— Ты в порядке? — Дарси задыхалась позади меня, и этого было достаточно, чтобы мои вены снова запылали. Это не было похоже на фейри. Это был поступок труса. И это заставило мою кожу затрепетать от отвращения.

— Мне жаль, Дарси, — раскатисто произнесла Тори, и моя грудь сжалась, словно в тисках.

— Тебе не за что извиняться, — прошептала Дарси.