Рокси встревоженно вскрикнула, когда я падал, и я широко раскинул руки, позволяя секундам тикать, пока я летел к земле, а мой Дракон поднимался во мне с огненным отчаянием свободы.

Когда золотой Дракон прорвался из моей кожи, из моего горла вырвался рев, достаточно громкий, чтобы разбить все окна в Доме Игнис.

В следующее мгновение из моей пасти вырвался огонь, жар которого растекся по моей золотой чешуе, и я бросился головой вперед в пламя.

Я устремился прочь по небу, не позволяя себе оглянуться на девушку, которая, как я знал, все еще наблюдала за мной, в то время как ощущение ее глаз на моей коже царапало и посылало дрожь предчувствия.

Эта девушка была моей гибелью в самом процессе формирования. Я просто должен был сделать так, чтобы она никогда не реализовала свой потенциал.

Глава 22

Макс

Я сидел на краю озера Аква и ждал начала занятий по усилению Ордена Сирен, предвкушая, как близнецы Вега идут по лужайке к нам.

Сегодня они присоединялись к нашему классу, чтобы проверить, есть ли какие-нибудь признаки того, что они могут стать одними из нас, но я сильно в этом сомневался. Сирены по природе своей были эмпатами, и могли легко улавливать эмоции других еще до официального появления нашего Ордена. Мы были склонны либо искренне заботиться о благополучии других фейри больше, чем о себе, потому что были настолько чувствительны, что их чувства влияли и на наши, либо были коварными засранцами, которые злоупотребляли своими знаниями ради манипуляций.

В любом случае, я не мог утверждать, что видел какие-либо свидетельства того или иного поведения у двух девушек, которые собирались присоединиться к нашему классу, и я не чувствовал, чтобы их эмоции пытались охватить и повлиять на других. Поэтому я был совершенно уверен в том, что они не из числа мне подобных.

Тем не менее, я действительно с нетерпением ждал этого занятия. Мы с другими Наследниками знали, что нам теперь нужно делать, и хотя во время обсуждения Дариус не хотел давать мне возможность почувствовать его эмоции, иногда я ощущал его страх в воздухе.

Мой друг не был человеком, который многого боялся в этом мире, и хотя он хранил свои секреты о том, что ему пришлось пережить, когда он был дома, никто из нас не был глуп. Мы уловили тон его отношений с отцом. Мы были достаточно близки, чтобы стать свидетелями некоторых из них, и Калеб однажды тоже подслушал кое-что из этого, хотя никто из нас не мог ничего сделать, чтобы спасти его от этого. Но Дариус был одним из самых сильных фейри, которых я когда-либо знал. Он выдержал все, что подкидывал ему отец, и даже процветал, несмотря на это, и, несмотря на то, что у него были свои демоны, до этого момента я знал, что он никогда не был сломлен ничем из этого. Но страх, который мне удалось почувствовать от него за последние несколько дней, был более свежим и каким-то образом таким острым, что по моему позвоночнику пробегали мурашки. Поэтому я готов был поставить на кон все свои силы, что Лайонел Акрукс угрожал ему чем-то действительно мотивирующим, чтобы вызвать у него такую острую реакцию.

А это означало одно и только одно. Сейчас мы должны были преуспеть в нашей задаче. Мой собственный отец совершенно ясно изложил мне свои желания по этому вопросу. Вега должны были подвергнуться испытаниям вне всяких сомнений. Если был хоть какой-то шанс, что они достаточно слабы, чтобы быть изгнанными, то мы были ответственны за то, чтобы это произошло. А если мы ударим по ним, но они все равно найдут в себе мужество и силу воли для того чтобы остаться… что ж, тогда нам придется изменить нашу тактику. Речь уже не шла о том, чтобы избавиться от них. А в том, чтобы доказать, что они никогда не смогут сравниться с нами. А это, как мне кажется, гораздо опаснее, чем просто заставить их уйти.

Поэтому с этим планом в голове и желанием помочь исправить то, что вызывало бурные эмоции, которые я все время испытывал по отношению к Дариусу, я был готов сделать все, что потребуется, чтобы бороться с Вега.

К счастью для меня, поскольку они сегодня присутствовали на этом занятии, я смогу получить необходимую информацию, а позже мы с другими Наследниками сможем разработать наши планы.

Близнецы подошли к нам, и я сразу ощутил их нервное напряжение, когда они подошли к нашей большой группе, их внимание на мгновение переключилось на меня, а затем снова рассеялось.

— Доброе утро, девочки, я профессор Ундина, — позвала профессор, которая вела этот класс, подзывая ближе. У нее были темно-рыжие волосы, которые она заплетала в косу, струящейся по позвоночнику, и она была одета в тонкий топ и шорты, несмотря на прохладу в воздухе, готовая к тому, что мы пойдем купаться, как только занятие начнется.

— Давайте все вставайте в круг, — приказала она.

Все, кто еще стоял, сели на траву, моя маленькая группа поклонников, как всегда, толпилась рядом со мной, позволяя мне чувствовать их обожание, вожделение, зависть — все приятные эмоции, которыми я пировал, немного раздувая свое эго.