Когда он вернулся, он прижал бутылку к моим губам, и я чуть не захлебнулся бурбоном, когда он пролился мне в рот.

— Пей, — приказал Лэнс. — Если я не могу исцелить тебя, то меньшее, что я могу сделать, это довести тебя до такого состояния, что ты потеряешь сознание

Я не мог отрицать его логику, поэтому я проглотил обжигающий рот алкоголь, затем еще и еще, пока бутылка не опустела, а голова не закружилась.

Я все еще чувствовал боль от своих ран, но по мере того, как выпивка оседала в моих конечностях, она стала ощущаться как-то отдельно от меня, почти как что-то, что случилось с кем-то другим, а не со мной.

Лэнс забрался на кровать рядом со мной, вздрогнув, он выдохнул, прежде чем заговорить в темноту.

— Мы покончим с ним, Дариус, — поклялся он. — Неважно, чего нам это будет стоить, мы увидим, как он падет.

Я пробурчал что-то вроде согласия, но мои слова были такими же невнятными, как и мой разум, и я позволил своим глазам закрыться, призывая забвение взять меня, пока я ждал рассвета и конца моего гребаного наказания.

***

Я очнулся от ощущения, что Лэнс вливает в мою плоть исцеляющую магию, и открыл глаза, чтобы увидеть солнце, поднимающееся над холмами вдалеке через окно.

— Спасибо, — пробормотал я, проводя рукой по лицу, пытаясь игнорировать ощущение его пальцев, скользящих по моему позвоночнику, пока он соединял рваные части кожи, прежде чем залечить нанесенный мне ущерб.

Лэнс ворчал, продолжая свою работу, а я просто наблюдал, как золотые лучи проливаются на землю снаружи и освещают академию дюйм за дюймом.

Я ощущал прикосновение золота к своей коже, и кровать тихонько звенела, когда я менял положение, сигнализируя о сокровищах, которые Лэнс явно положил вокруг меня, пока я спал, чтобы помочь мне пополнить запасы магии.

Он вздохнул, когда закончил, откинулся на спинку и дал мне возможность сесть рядом с ним.

Я опустил взгляд на окровавленные обрывки ткани, которые когда-то были моей рубашкой, затем стянул ее через голову и снял с руки, на которой она все еще висела, и бросил в огонь.

Я провел рукой по шее и над головой, создавая магию воды на ладони и используя ее, чтобы смыть всю кровь с моего тела, а затем отправил ее в ванную, где она растеклась по раковине.

— Как новенький, — хрипло сказал Лэнс, прищурив бровь, когда он посмотрел на меня, и я заметил, как его взгляд на мгновение задержался на моей шее.

— То же самое дерьмо, другой день, — согласился я, и между нами повисла тишина, поскольку никто из нас не упомянул о последнем дерьме, которое мы пережили от рук моего отца.

Взгляд Лэнса снова опустился на мою шею, и я наклонил голову в сторону.

— Ты знаешь, что хочешь этого, — сказал я, пока он сдерживал себя, устремив взгляд в окно.

— Я должен пополнить запасы из своего Источника, — задумчиво произнес он.

— Из-за меня твоя энергия на исходе, — заметил я. — Кроме того, сейчас даже не шесть утра, так что если ты не планируешь вломиться в спальню Гвен и наброситься на нее в ее постели…

— Конечно, я не хочу этого делать, — огрызнулся он, его взгляд встретился с моим, когда он зарычал на меня, и я мельком увидел его клыки.

— Ну, если ты не собираешься сегодня забираться в постель к другим студентам, тогда тебе, наверное, стоит просто…

Лэнс набросился на меня с рычанием, рвущимся с его губ, его вес отбросил меня назад к изголовью кровати, а его руки врезались в мои плечи, когда он опустился на меня и впился зубами глубоко в мою шею.

Я выругался, пробормотав предупреждение о том, чтобы он помнил, на кого, блядь, набросился, но он только снова зарычал, вытягивая из меня кровь и заставляя мою спину выгибаться, так как связь притягивала меня ближе к нему.

Была чертовски веская причина, по которой мы старались не делать этого слишком часто, и когда моя рука переместилась к его волосам, чтобы притянуть его ближе к себе, вздох вырвался из моих губ, это заставило меня вспомнить, почему.

Мне было слишком приятно ублажать его таким образом. Гораздо приятнее, чем когда я позволял Кэлу кусать себя. Связь хотела, чтобы мы были близки, настолько близки, насколько это возможно, и так же сильно, как это заставляло его защищать меня, это заставляло меня хотеть, чтобы он был сильным, а его магия пополнялась. Это заставляло его укусы ощущаться гораздо лучше, чем следовало бы, и навязывало мне мысли и чувства, которые я изо всех сил старался не забывать, что они не принадлежат мне.

Лэнс отодвинулся со стоном, его расширенные зрачки встретились с моим взглядом, когда он потряс меня за плечи и сел на пятки, глядя на меня сверху вниз с моей кровью, все еще окрашивающей его губы.