— Встречаться со мной? — Язвительно спросил я. — Скажи правду, принцесса, или ты тоже заслужишь наказание за опоздание на следующий урок.

— Прекрасно, — прорычала она, вздернув подбородок, когда в ее глазах вспыхнул огонь. Этот ответ был бы правдой. — Мы обсуждали, что были бы не против трахнуть тебя.

Мой пульс участился, когда эта фраза слетела с ее розовых губ. По ее взгляду я догадался, что Маленькая Мисс Невинность более чем привыкла к грязи с простолюдинами, и теперь у меня был ответ.

— Это правда? — Я был невозмутим. — Что ж, извини, что нарушаю твой порыв, принцесса, но у меня нет никакого интереса трахать маленьких школьниц.

Ее ноздри раздулись от ярости из-за моего оскорбления, и я провел рукой по губам, чтобы скрыть ухмылку.

— Не волнуйся, меня тоже не интересует трахать придурков, — выдавила она.

Я фыркнул от смеха и откинулся на спинку своего стола. Мне следовало бы отчитать ее за это, но я был тихо впечатлен тем, что она не просто покраснела как свекла и не расплакалась от смущения.

— Хорошо.

— Это все? — Спросила она, поднимаясь на ноги и собираясь уходить.

— Почти.

Она стиснула зубы, поскольку была вынуждена ждать, что еще я скажу, и я позволил моменту затянуться, упиваясь им. Может быть, я был помешан на власти, но мне было все равно. Я не мог удержаться от желания сбить с ног этих маленьких богатых засранцев.

— Ты смеялась дважды, — сказал я тихим голосом.

На мгновение в ее взгляде промелькнуло замешательство, прежде чем она поняла, что я не позволю ей уйти без полной истории.

Теперь, когда она поднялась на ноги, она смотрела мне в глаза, когда я взгромоздился на свой стол, и густой румянец проступил на ее щеках с веснушками. Но она боролась со смущением зубами и ногтями, ее взгляд стал жестче, когда она посмотрела прямо мне в глаза.

— Это была шутка о том, каково было бы — чувствовать тебя на коленях с твоим языком между моих бедер. Но, если подумать, это была ужасная шутка. Все знают, что такие высокомерные придурки, как ты, не отличают точку G от локтя, и ты не смог бы найти мой клитор с картой и GPS.

Мои глаза расширились при виде ее яиц, и я на мгновение потерял дар речи от ее маленького представления. Дерзкий мудак во мне испытывал искушение схватить ее за бедра, перекинуть через мой стол, задрать эту маленькую юбочку и доказать, что она неправа… но это определенно означало переход границы между учителем и ученицей, и у меня не было ни малейшего желания садиться в тюрьму ради того, чтобы доказать девушке, что я могу заставить ее кончить так сильно, что она забудет свое гребаное имя. Карта точно не потребуется.

— Это все, сэр? — Надменно спросила она, и я прикусил язык, чтобы удержаться от ухмылки.

Было чертовски приятно найти достойного противника, с которым можно сразиться, и если это было так, как она хотела, то меня это устраивало. Игра начинается, принцесса.

— Это все, — легко согласился я. — Увидимся завтра на занятиях.

Она развернулась к двери, и ее длинные волосы взметнулись вокруг нее, но на этот раз я был готов к этому и отклонился назад, прежде чем она успела влепить мне ими пощечину.

Она направилась к двери, ее поза была напряжена от ярости, и я подождал, пока она переступит порог, прежде чем крикнуть, чтобы остановить ее.

— О, и еще, принцесса?

— Да, сэр? — Практически прорычала она.

— Не забудь о своем наказании.

— Не могу дождаться, — пробормотала она, прежде чем удалиться, и я наконец позволил себе улыбнуться.

Я уже с нетерпением ждал следующего понедельника. Лучше принеси свою игру, принцесса, потому что мы с тобой только начали.

***

Мой телефон зазвонил у меня в кармане, когда я бежал вверх по холму к Мейпл Лодж, где жили сотрудники. У каждого из нас были свои апартаменты в огромном здании, которое было достаточно большим и роскошным, чтобы подойти даже принцу, и там также была огромная комната отдыха, где некоторые сотрудники любили проводить вместе вечера. И именно там директор Браун любил проводить собрания учителей. По вечерам. После ужина. Потому что кто бы не захотел тратить свое свободное время на обсуждение рабочих вопросов? Гребаный придурок.

Мой телефон снова зазвонил, и я перешел в спринтерский бег. Должно быть, мисс Понтус оповещает меня, чтобы я поторапливался. Но я и так это знал. Я преуспеваю под давлением, поэтому отправился на вечернюю пробежку за час до начала собрания и выбрал маршрут, который обычно занимал у меня час двадцать.

Я чувствовал себя полумертвым, с меня градом лил пот, а мышцы горели так, что наутро у меня начнутся всевозможные боли. Но я сделал это. Да, блять, сделал, разбил к чертовой матери. Точно так же, как и каждую цель, которую я ставлю перед собой.