Его рот завладел моим, и каждый дюйм моей кожи ожил под его прикосновениями, когда его язык проник между моими губами, и он целовал меня так, словно хотел поглотить. Я схватила его за предплечья, притягивая ближе, когда наш поцелуй углубился, теряя себя в ощущениях, даже если он был зверем и мудаком и придумал для меня нелепый наряд.

Его свободная рука легла на мою задницу, и он поднял меня на руки без малейших усилий. Я обхватила его ногами, запустив пальцы в его волосы, и впилась зубами в его нижнюю губу, постанывая от ощущения его твердого члена, упирающегося в мое лоно.

Магнар отпустил мои губы, его рот скользнул вниз по моей шее, а хватка, которой он все еще удерживал мои волосы, заставила меня выгнуть спину, обнажая шею, когда он взял под контроль мое тело. Очевидно, что правила Идун не распространялись на наши сны, и у него не было никаких проблем с тем, чтобы нарушить их здесь.

— Думаю, я буду играть с твоим телом, пока ты не начнешь умолять об освобождении, а затем откажу тебе в нем в качестве наказания за связь, которую ты мне навязала, — прорычал он, стягивая с меня кожаные доспехи и освобождая от них грудь. Его зубы сомкнулись на моем соске, когда я открыла рот, чтобы накричать на него за это дерьмо, но вместо этого я проклинала его по имени.

Магнар внезапно наклонился вперед, укладывая меня на толстую постель из мехов, которая оказалась подо мной, и его тело возвысилось над моим, а его толстая длина терлась о мой клитор сквозь барьер нашей одежды.

Вокруг нас появилась палатка, отгородив нас от остального мира, и я удивленно заморгала, вдыхая запах дыма в воздухе: совершенно чуждый мир, который казался таким простым вокруг него. Это был мир, который он знал. Жизнь, которую он прожил. Я хотела восхититься магией сна, но его присутствие отвлекло мое внимание от всего, что нас окружало.

Его рот продолжал двигаться по моей коже, спускаясь ниже, когда я застонала от удовольствия.

Я схватила его за рубашку и притянула к себе, снова целуя, когда он прижал меня к мехам. Почему казалось, что сделать это намного проще в рамках этого сказочного мира? Не только потому, что магия Идун не допускала это в реальности, но и потому, что я не чувствовала здесь никаких запретов, никакого страха за то, что с нами может случиться, никакого гнева за то, кем мы уже стали. Я хотела его, а он хотел меня. В этом месте это было все, что, казалось, имело значение.

Я крепче сжала его рубашку, и мне захотелось, чтобы ее там не было, чтобы я могла почувствовать тепло его кожи на своей. Как только эта мысль пришла мне в голову, она исчезла.

Магнар отшатнулся, удивленно оглядывая себя сверху вниз, и глубокий смех вырвался из его горла, заставив мои пальцы на ногах поджаться, когда его тело прижалось к моему. Я ухмыльнулась, глядя на него, когда мои пальцы скользнули по его груди, обводя изгибы мышц, резкие линии шрамов и извилистые узоры скандинавских татуировок.

Когда я провела пальцем по линии под его сердцем, я поняла, что татуировки, которая должна была быть там, не было. Я нахмурилась, глядя на это место, и Магнар проследил за моим взглядом. Он взял мою руку в свою, оторвал ее от своей груди и поднес ко рту.

— Я никогда не хотел ее, — сказал он, как будто это все объясняло, и его зубы коснулись подушечек моих пальцев. — Я хотел свободы, чтобы сделать это.

— Это? — Спросила я, склонив голову набок, наблюдая за выражением его лица и отмечая мрачность, которая появилась в его взгляде при обсуждении этой темы. — Ты не производишь впечатления целомудренного человека, Магнар. У меня такое чувство, что ты делал это так часто, как тебе хотелось, и со столькими партнерами, скольких ты хотел.

— Я говорю не о сексе, дракайна хьярта, — грубо ответил он, и в его золотистых глазах разгорелась буря, когда он поцеловал мое предплечье, где на коже выделялась моя метка истребителей, прежде чем поднять мою руку над головой и зафиксировать ее на месте. Мое сердце заколотилось от предвкушения, когда он склонился надо мной.

Когда он поцеловал меня снова, поцелуй был более настойчивым, а другая его рука прошлась по всему моему телу, прежде чем опуститься на пояс.

Он потянул его, расстегивая пряжку, и отбросил ее в сторону. Его рука скользнула под мою боевую форму, спуская ее вниз, находя мою плоть под ней, и он обхватил меня за талию и притянул к себе.

Я хотела остаться именно здесь, наслаждаться каждым обещанием, которое давало каждое прикосновение его кожи к моей, но назойливый голос в глубине моей головы продолжал напоминать мне, что все это ненастоящее. И это было нечестно. Он не знал, что это действительно я.

Я дала себе еще мгновение, ощущая его вес, прижимающий меня к мехам, его губы на моих, а затем с проклятием отстранилась от него.

— Остановись, — выдохнула я.

Магнар отстранился и посмотрел на меня сверху вниз, а на его лице заплясало дикое веселье. — Ты уверена?