— Чувак, — скривился Джей-Джей. — Мне не нравится миссис Питерсон.

— Ты уверен? — с легкой резкостью спросила Роуг, пристально посмотрев на него.

— Для меня есть только одна девушка, и это ты, красотка, — сказал он с дразнящей ноткой в голосе, но я подозрительно прищурился, зная, что за этим кроется нечто большее.

— Заткнись, Джей, — рассмеялась она.

— Эй, смотрите! — Откуда-то впереди позвал Фокс, и мы побежали догонять его, а от прохладного воздуха в этом месте у меня по рукам побежали мурашки.

— Там сокровища? — Взволнованно спросил Чейз.

— Я же говорил, — пиратских сокровищ не существует, — настаивал Джей-Джей.

— Еще как существуют, — вмешалась Роуг.

— Зачем пирату прятать свои сокровища и не возвращаться за ними? Это же не логично, — сказал Джей-Джей.

— Потому что он умер после того, как убил всех, кто знал о нем, — сказала Роуг.

— Это просто сказки, — возразил Джей-Джей, когда я протащил Роуг мимо него, чтобы догнать Фокса, и обнаружил его за крутым поворотом системы пещер, указывающего фонариком на какие-то слова, вырезанные на поверхности скалы.

M.R. & L.O. Мы — дикость во тьме.

— Как думаете, кто они такие? — Прошептал Фокс, и Роуг склонила голову набок, разглядывая зазубренное сердечко, вырезанное рядом со словами.

— Не знаю, но я думаю, что они прожили хорошую жизнь. — Она провела пальцами по отметинам. — Может быть, они все еще где-то там, живут.

— Нам следует добавить наши имена, — сказал Джей-Джей, доставая швейцарский армейский нож, который, как я только что узнал, он тайком нес в своем рюкзаке для ботаников.

Роуг забрала у него рюкзак, достав брауни, в то время как Джей-Джей начал вырезать все наши инициалы под этой надписью. Я тоже взял себе брауни, когда мы устроились на камнях, а капли воды со звоном падали с потолка на влажный пол пещеры.

Учитывая вкус сахара во рту и компанию вокруг, я был почти уверен, что это еще один идеальный день, который можно добавить в мою коллекцию. И когда Джей-Джей отступил, чтобы показать нам готовый результат, я ухмыльнулся словам, которые он вырезал под нашими именами.

Мы — тьма в дикости.

Я ни хрена не понимал, что это значит, но мне это нравилось. На самом деле, я думаю, что, возможно, однажды мне это понравится настолько, что я нанесу это чернилами на свою плоть.

Я пошевелился на простынях, пытаясь удержаться за это воспоминание, но в голову закралось более настойчивое, которое обрушилось на меня, как что-то разъедающее мою кожу.

Я ощущал, как его руки обвились вокруг моего тела, заставляя меня чувствовать себя таким чертовски маленьким, когда я подчинялся его воле. Укол боли заставил меня вздрогнуть, и я боролся с ним, пытаясь освободиться, но он был слишком силен. Всегда такой чертовски сильный.

Я метался, чувствуя, как он овладевает моим телом, подчиняет меня, оскверняет. Желудок сжался от тошноты, желчь поднялась по горлу, обжигая все на своем пути.

Меня схватили руки, пытаясь придавить еще сильнее, но я с рыком оттолкнул их, распахнув глаза и обнаружив, что на меня смотрит мягкий оттенок карих радужек.

Я отшвырнул мужчину прочь с диким рыком, но тут маленькая собачка бросилась мне на грудь вместе с девушкой, чьи волосы переливались всеми красками заката. Я увидел ее и мгновенно вернулся в реальность, тяжело дыша, пока кошмар все еще пытался удержать меня, но она коснулась моих щек, не давая мне снова утонуть.

— Я здесь, все в порядке, — пообещала она, и я не осмелился даже моргнуть, боясь, что она исчезнет, и я никогда больше ее не найду.

Дворняга прижался ко мне всем телом, и бешеное биение его маленького сердечка помогло мне прийти в себя. Я поднял руку, поглаживая его, и нашел умиротворение в этих движениях, когда Чейз снова придвинулся ближе, оказавшись на периферии моего внимания, в то время как Фокс и Джей-Джей выглянули из-за плеча Роуг, чтобы проверить как я.

— Все в порядке, — отрезал я. — Хватит пялиться.

Я сбросил с себя простыни, не выпуская Дворнягу из рук, и выскользнул из комнаты, понимая, что дрожу.

Я почувствовал, что Роуг следует за мной, когда вошел в спальню Фокса и вышел прямо на его балкон подышать свежим воздухом.

Как только кислород наполнил мои легкие, оковы прошлого еще сильнее ослабли, и я снова ощутил, как меня охватывает чувство безопасности. Роуг обняла меня сзади, прижимаясь щекой к моей спине, и я наслаждался ее близостью, пока Дворняга лизал татуировку на моем бицепсе, там, где теперь были наколоты слова из моего сна.

— Я с тобой, — прошептала Роуг, прижимаясь губами к моей спине, и темнота рассеялась быстрее, чем обычно.

Я опустил голову, радуясь, что не впал в один из худших эпизодов, когда только насилие могло вывести меня из этого состояния.