Он запер ее за нами и продолжал тянуть меня за собой, поднимаясь по другой лестнице на второй этаж. О-о-о, как здорово увидеть новые места! Я всегда была путешественницей в душе, хотя и не побывала во многих местах. Я представляла, как увижу Гранд-Каньон, убивая одного-двух ублюдков на рассвете. Это было бы настоящее исполнение мечты. Прямо как плавание с дельфинами. Хотя мне нужно было сначала научиться плавать, прежде чем я смогу это делать. Но когда я это сделаю, дельфины не поймут, что их ударило. То есть не физически. Я бы никогда не ударила дельфина. Хотя я бы поцеловала его. Может, я могла бы вырезать дыхало на спине и жить среди их стаи. Взяли бы они меня в Атлантиду и показали тайны океана? Хотя, вероятно, мне пришлось бы выйти замуж за дельфина, а я не была уверена, что меня привлекают морские обитатели. Но я предположила, что если бы пришлось выбирать, я бы выбрала дельфина. Второе место занял бы осьминог, они лучше всех обнимают. Хотя я бы не вышла замуж за кальмара. Кальмары были подозрительными, они, вероятно, съели бы моих друзей, если бы они у меня были.

Из комнаты в конце коридора доносились приглушенные крики, и мое сердце забилось чаще, когда Найл повел меня к двери, прихватив по пути большую спортивную сумку. Он отпер дверь и завел меня внутрь, неся сумку, в которой позвякивали металлические предметы.

Комната была пуста, если не считать единственного стула посередине и мужчины в клетчатых боксерах, привязанного к нему целлофановой пленкой. В рот у него был вставлен апельсин, а еще один валялся на полу у его босых ног.

— А теперь скажи, что, я сказал, произойдет, если ты позволишь этому апельсину упасть у тебя с головы? — прорычал Найл, захлопнув дверь и отпустив меня, после чего ударил пленника по лицу.

Мой взгляд метнулся к окну, и я задумалась, как быстро я смогу добраться туда, открыть его и вылезти наружу. Насколько там высоко? Внизу был бетон или трава? Я могла бежать со сломанной рукой, но не со сломанной ногой. Внезапно Найл что-то обмотал вокруг моего горла, и я ахнула, пытаясь вырваться, когда позади меня щелкнул замок.

Адское Пламя отпустил меня, достав из кармана маленький пульт дистанционного управления, и помахал им передо мной, а я подняла руку, чтобы дотронуться до толстого пластикового ошейника, который он надел мне на шею, с маленькой коробочкой на нем сбоку.

— Это шоковый ошейник, lass. Такой же, как на нашем друге. — Он указал на связанного мужчину, и я заметила у него такой же ошейник. Мое сердце забилось чаще, и я вцепилась в ошейник, пытаясь его снять, пока мужчина смотрел на меня широко раскрытыми глазами. Когда я поняла, что это бесполезно, я бросилась на Найла, целясь в пульт в его руке, но он легко отшвырнул меня, его сила с легкостью отбросила меня назад.

— Пошел ты, Адское Пламя, — выплюнула я.

— Успокойся, это просто на случай, если у тебя возникнут какие-нибудь безумные идеи насчет побега, — сказал он, пожимая плечами. — Так ты хочешь научиться убивать лучше или как? Потому что у меня нет всего дня.

Мой взгляд упал на сумку, когда он расстегивал ее, показывая набор оружия внутри. Меня охватило стальное спокойствие, когда я оценила их идеальные изгибы и острые грани. Черт возьми, да.

— Научи меня, — невинно сказала я. Может, мне и не нужно будет его соблазнять. Я просто подожду, пока он вручит мне одно из этих орудий, а потом всажу его ему в сердце. Бац-бац, спасибо, мадам.

Он бросил сумку к моим ногам.

— Вот, выбирай.

Я наклонилась и начала рыться в наборе ножей, молотков, плоскогубцев и всевозможных инструментов, которые ласкали мои пальцы, когда я проводила ими по каждому из этих прекрасных орудий смерти. Правда, они были довольно простыми. Им не помешало бы несколько наклеек, немного блестящего клея и яркой краски. Когда я убью этого ублюдка, обязательно возьму парочку своих любимых и придам им более привлекательный вид.

Я выбрала мачете, лежавший на дне сумки, который выглядел так, словно ему требовалось немного заботы. Ты бы хотел пролить сегодня немного крови, не так ли, Мачи?

Я поднялась на ноги, взвешивая его в руке, и пристально посмотрела на Найла, а мужчина, привязанный к стулу, начал кричать, несмотря на апельсин во рту. Я была почти уверена, что слышала, как апельсин хихикает.

Найл облизнул губы, глядя на меня, а я оценивающе посмотрела на него, чувствуя, как в душе разгорается первобытная жажда смерти. Он был аппетитным, но так же аппетитно выглядел бы мертвым и залитым кровью.

— Хорошо, сейчас я его отпущу, и ты покажешь, на что способна. Он будет сопротивляться изо всех сил, так что будь готова.

Найл шагнул вперед, начиная снимать изоленту с мужчины, обходя его круг за кругом и разматывая пленку. Я подпрыгнула на цыпочках, наблюдая, как Найл снова прошел мимо меня, подставляя мне спину, и я с решительным криком бросилась вперед, замахиваясь Мачи ему в голову.