Его хмурый взгляд становится еще угрюмее. «Я просто…» Его кадык дергается.

«Ты предполагал, что я пристрастилась к твоему гигантскому члену после одного быстрого траха в библиотеке?» Я выгибаю бровь. О, ради бога, заткнись, Мия!

Он вздрагивает. «Нет. Я просто имел в виду…»

«У нас ведь не было сильной химии, верно?» Да, конечно. Химия между нами обжигающе горячая, поэтому конечный результат был таким разочаровывающим. Я надеялась, что моя ложь разрядит обстановку, но эта огромная вена начинает пульсировать у него на виске и говорит мне, что я только ухудшила ситуацию. «Я имею в виду, что, наверное, не весь секс должен заканчиваться оргазмом для обеих сторон. Это не обязательно значит, что это было плохо», — лепечу я. По низкому рычанию, которое грохочет в его груди, я почти уверена, что только что вылила канистру бензина на эту небольшую проблему, в котором мы оказались.

Он кладет свои гигантские руки на стол, крепко сжав челюсти, и ярость явно кипит под поверхностью его кожи. «Значит, мы согласны?» — рявкает он. «Больше никогда».

«Никогда». Я дарю ему самую искреннюю улыбку, пытаясь разрядить обстановку и показать, что мы все еще можем быть друзьями, несмотря на то, что произошло ранее, но он сердито смотрит на меня.

Черт возьми, Мия! Мне нужно выбраться из этой комнаты, пока я нечаянно не нажала еще одну кнопку и он не взорвался.

«Рад, что мы на одной волне».

Он выбегает из комнаты, а я кладу лоб на стол, позволяя прохладному дереву успокоить мою покрасневшую кожу. Какого черта мой день закончился так плохо? С глубоким вдохом я поднимаюсь и расправляю плечи. Завтра новый день, и он будет лучше, чем этот.

Лоренцо и я снова можем быть друзьями. Лоренцо и его грубые руки и грешный язык. То, как он танцевал по коже моей шеи, прежде чем он завладел моими губами дымящим жарким поцелуем. Тепло разливается по моему нутру от воспоминаний. Так много обещаний, и только для того, чтобы он оставил меня мокрой и нуждающейся.

Боже! Перестань, Мия. Это был посредственный секс в лучшем случае. Он трахнул тебя и оставил в подвешенном состоянии.

Но что, если…

«Мия?» — говорит Кэт, просовывая голову в кухню. «Тот фильм, о котором мы говорили, скоро начнется. Хочешь посмотреть его со мной?»

Просмотр фильма с Кэт кажется идеальным отвлечением. Как бы мне ни хотелось поговорить с ней о том, что случилось с Лоренцо, спать с ее шурином — который, очевидно, все еще скорбит по своей жене — не самый мудрый поступок, который я когда-либо совершала. И не похоже, что это случится снова. Я положу это в ящик вместе со всеми другими своими глупыми ошибками, о которых я никогда не говорю, и оставлю это там.

Лоренцо

«Твою мать, Лоз», — Макс мрачно усмехается и смотрит, как я вытираю кровь с ботинка футболкой мужчины, стонущего у моих ног.

«Что?» — резко спросил я.

Он смотрит на человека на земле и качает головой. «Ты только что использовал лицо этого парня как скребок для обуви».

"Ну и что? Жить будет. Чуть не поцарапал".

Макс моргает, на его лице улыбка, но в глазах замешательство. «Он просто спросил тебя, где, черт возьми, туалет».

«Люди, которые пользуются туалетами в таких дырах, скорее всего, заболеют дизентерией». Я пожимаю плечами. «Я оказал ему услугу».

«Дизентерия? Это что, 1600-е? Мы должны были задавать вопросы только о заместителе суперинтенданта», — напоминает он мне.

Я осматриваю бордель, морщу нос от отвращения. Это не элитное место, где за шлюхами присматривают; это дерьмовый старый дом, где наркотики и шлюхи тоже дешевые. У меня мурашки по коже от того, что я здесь.

«Я хочу, чтобы это место закрыли нахрен, Макс. Это чертовски негигиенично».

«А как насчет женщин и мужчин, которые зарабатывают здесь на жизнь?»

«Найдите им более приятное место для работы», — предлагаю я.

«Блядь. Как будто мне нечем больше заняться», — ворчит он, когда мы выходим за дверь.

«Мне попросить Джоуи сделать это? Она перевернет это место за один чертов день», — огрызаюсь я.

«Хрен с тобой. Я, блядь, с этим разберусь».

Я хрустнул шеей. «Хорошо».

Макс смотрит на меня, пока мы садимся в машину. «Угрожать, что твоя младшая сестра будет иметь дело с сутенерами, просто чтобы доказать свою чертову точку зрения, это нихуя не смешно, придурок».

Я смотрю в ответ, готовясь к драке. «Тогда разберись сам».

Макс хлопает руками по рулю. «Что, черт возьми, с тобой не так? Ты всегда заноза в моей заднице, но сегодня ты в редкой, блядь, форме».

«Просто веди машину, Макс».

«Не раньше, чем ты мне скажешь, что, черт возьми, происходит», — резко отвечает он, скрещивая руки на груди. «Ты весь день ведешь себя как медведь, у которого в заднице осиное гнездо».