Марк впервые встретился с этой миниатюрной женщиной, когда выполнял для группировки Станковского свой третий или четвертый заказ. На протяжении всей беседы она оставалась безучастной и молчаливой, но, когда Марк направился к выходу, Роксана проводила его до двери, схватила за член и сказала, чтобы он как-нибудь ей позвонил.

Просто очаровательно.

Он всегда игнорировал ее предложения, но знал, что многие мужчины их принимали — телохранители, водители, влиятельные друзья. Марк не мог с уверенностью сказать, то ли у них были так называемые «свободные отношения», то ли ее мужа просто не волновало то, что она трахала всё, что движется. Каждый раз, когда Марку приходилось с ней видеться, она к нему приставала. Он всегда ее отшивал, и, судя по всему, это не вызывало у нее восторга. Теперь, когда он стал ее пленником, Роксана, похоже, совсем не горела желанием снова его отпускать.

«Кто-то ведь должен был ей сказать, что я не любитель БДСМ».

— Ты никого не защищаешь. Я знаю, что ты не общался с той жуткой женщиной. Знаю, что это из-за нее ты украл наши алмазы и совсем тебя не виню, дорогой, — с придыханием проговорила она и, уперев руки в колени, наклонилась к нему, от чего его взгляду открылся потрясающий вид на ее декольте.

— В самом деле? Как мило. Жаль только, что ты ошибаешься. Я украл у нее эти алмазы, бросил ее как дурную привычку. Она, по ходу, желает мне смерти даже больше, чем ты, — соврал он.

Ну, не совсем соврал — где бы ни была сейчас Лили, скорее всего, она и впрямь желала ему смерти.

Роксана вскрикнула и выбросила вперед руку. Кнут взметнулся и обрушился ему на грудь, прямо под ключицу. Это было отвратительно — ощущать, как лопается под хлыстом его кожа. Он сжал зубы, не желая смотреть вниз, даже когда почувствовал, как у него по животу стекает свежая кровь.

— Этот цирк меня утомил. Завтра я должна покинуть страну. Если мне не удастся выбить из тебя ничего полезного, тогда мы закончили. Я прикажу разрубить тебя на пять частей и закопать вдоль границы, — сказала она ему.

Марк замер. Не от прозвучавшей угрозы, а от известия о ее стремительном отъезде. Она покидает страну — почему? Насколько он знал, здесь, в Киеве, она руководила всей операцией. Они не могли просто перестать работать, перевозить всех этих похищенных женщин. Если она уезжала, то только потому, что ее позвал сам Станковский.

— Вот облом. А я только начал реально наслаждаться нашим общением, — вздохнул он.

Она удивлённо вскинула брови, а затем медленно приблизилась к нему.

— В самом деле? Отчего-то мне очень сложно в это поверить. Я отлично повеселилась, но вот ты? Некоторые из этих отметин останутся у тебя навсегда, — сказав это, она выронила хлыст и, приблизившись к нему, вытащила из-за спины нож.

Изящное оружие блеснуло в свете ламп, опасное, даже невзирая на свой сравнительно небольшой размер. Марк знал, на что способно это лезвие.

— Дорогуша, ты ещё даже не начинала веселиться. Что может быть лучше, чем поиграть со мной? — широко улыбнувшись, спросил он.

Для большого, сурового парня Марк знал, что легко может притвориться очаровательным. Она не сможет ему противиться — у Роксаны была, мягко говоря, низкая самооценка, ей нравилось внимание.

— Мало что, — согласилась она, проведя пальцем по крови, в которой были перепачканы вся его грудь и пресс.

— Ну, если ты уезжаешь недалеко, тогда, может, потом вернешься и мы продолжим с того места, где остановились, — предложил он.

Она громко рассмеялась.

— Колумбия это самое дальнее, куда я могу убраться из этого Богом забытого места. Нет, я больше не вернусь. На этом мы закончим.

— Детка, у нас даже не было возможности начать.

Он провел зубами по нижней губе, и Роксана некоторое время смотрела на него. Затем она подошла поближе и, приподняв юбку, оседлала его колени. Она вонзила кончик ножа ему в плечо. Не так сильно, чтобы поранить кожу, но достаточно, чтобы держать его в напряжении.

— Де Сант, ты ни разу не принял ни одного из моих предложений, Де Сант. Мы знаем друг друга уже много лет. К моим ногам падали мужчины и позначительнее тебя, но ты всегда противился. Почему ты так хочешь этого сейчас? Мне не нравится, когда со мной ведут нечестную игру, — сообщила она ему, и лезвие ножа, наконец, вспороло ему кожу.

Он поморщился.

— Раньше я был наемным работником, чем-то вроде подчиненного. Я не стану трахать жену босса, когда пытаюсь подзаработать денег. Ты думаешь, я не хотел? Да ладно, я мечтал о тебе, — заверил ее Марк. — Теперь я абсолютно уверен, что твой муж больше никогда меня не наймет. Кроме того, ты не дашь мне выбраться отсюда живым. Устроим прощальную вечеринку. Прокатимся напоследок.