На самом деле это не помогло. Дин был угрюм. Он все спрашивал меня, как долго будет продолжаться вся эта нелепая история с телохранителем.

— Я не знаю, — ответила я раздраженно. — Если мы не сможем найти человека, который пытался меня убить, то, наверное, альтернативой будет то, что ему удастся меня убить. В любом случае, тебе больше не придется об этом беспокоиться.

— Да ладно, Риона, — сказал Дин, закатывая глаза от моей мелодрамы. — Ты же знаешь, я не хочу, чтобы ты пострадала, — он протянул руку через стол и взял меня за руку. — Я просто скучаю по тебе. И я устал от этих свиданий с сопровождением в викторианском стиле.

Я отдернула руку.

— Я знаю, — сказала я. — Но я больше ничего не могу с этим поделать.

По правде говоря, я могла бы попросить Рэйлана отвезти меня в дом Дина на нормальное свидание. Рэйлан мог бы следить за домом, пока мы с Дином ужинали, а потом поднимались наверх, чтобы побыть наедине. Так бы ты обращался с нормальным охранником.

Но Рэйлан не обычный охранник. И не только потому, что он дружит с Данте.

В Рэйлане есть что-то такое, что не позволяет держать его на расстоянии. Он слишком проницателен и слишком, черт возьми, личностный. Слишком честный и слишком… он сам. Между ним и мной нет никакой профессиональной дистанции. И никогда не было.

Даже Неро это видит.

Он поднимает взгляд от своего ножа, смотрит на меня своими холодными серыми глазами и говорит:

— Ну что, вы с ковбоем уже трахаетесь?

Это классическая тактика перекрестного допроса. Задать вопрос прямо и резко, чтобы попытаться шокировать обвиняемого и заставить его ответить честно.

— Нет, — говорю я, не давая Неро удовольствия от эмоционального ответа. — У меня есть парень.

— Ты поступила бы иначе.

— Нет, — говорю я спокойно. — Я бы не стала.

Неро фыркает, очевидно, считая, что я несу полную чушь.

— Я знаю, что для тебя это будет шоком, но большинство людей не трахаются с каждым встречным, — сообщаю я Неро.

— Трахают, если они горячие, — говорит Неро.

— О, так ты считаешь Рэйлана сексуальным? — невинно говорю я.

К моему удивлению, Неро усмехается.

— Да, — говорит он. — Действительно фантастическим.

Чудеса не прекращаются. Неро Галло демонстрирует унцию самоуничижения. Должно быть, он действительно влюблен.

Чтобы проверить эту теорию и сместить фокус с себя, я говорю:

— Данте сказал мне, что ты с кем-то встречаешься.

— Да, — говорит Неро, не смущаясь.

— Это серьезно?

— Да, — отвечает он с простой законченностью.

Это так странно для меня. Неро был воплощением ловеласа. Казалось, ему было наплевать на всех и на все.

— А что в ней другого? — спрашиваю я.

— Это не имеет ничего общего с тем, что она другая, — говорит Неро в своей загадочной манере. Иногда Неро напоминает мне Чеширского кота — он отвечает на вопросы, но ему наплевать, понимаешь ли ты его ответы.

Обычно я просто игнорирую его. Но мне искренне интересно. Я хочу знать, как он мог так резко измениться. Раньше я думала, что люди вообще не меняются.

— Объясни мне это, — говорю я, откладывая ручку и уделяя ему все свое внимание. — Я действительно хочу знать.

Неро закрывает свой нож и убирает его обратно в карман. Он садится вперед, опираясь локтями на колени.

— Мы с Камиллой одинаковые, — просто говорит он. — Не в обстоятельствах или опыте. Не по внешним признакам. Но в вещах, которые имеют значение, мы совпадаем. В том, что нас волнует. Чего мы хотим. Что мы чувствуем.

Я действительно не понимаю любовь. Я просто думала, что противоположности притягиваются. А теперь Неро говорит, что все дело в том, чтобы найти кого-то, кто больше всего похож на тебя внутренне.

— Значит… вы просто очень похожи, — говорю я.

— Это нечто большее, — говорит Неро. — Есть части, которые одинаковы, и части, которые заполняют пустоты друг в друге. Ты не знаешь, чего не хватает внутри тебя, пока не найдешь это в ком-то другом.

Никогда не думала, что буду обсуждать любовь с Неро. Этот месяц был совершенно странным. Я хочу задать ему еще больше вопросов, но Рэйлан и Данте прерывают меня.

— Есть успехи? — спрашиваю я их.

— Нет, — Данте качает головой. — Баркер — придурок, но придурок без денег и мотивации, насколько мы можем судить.

Я бросаю взгляд на Рэйлана, который выглядит странно виноватым. Неро, всегда зоркий, замечает то же самое.

— Что случилось с твоей рукой? — требует он.

— Ничего, — Рэйлан засовывает руки в карманы джинсов, но не раньше, чем я вижу, что имел в виду Неро, костяшки пальцев его правой руки определенно опухли.