— Нам нужно посмотреть все камеры на крыше, — говорит Данте. — Те, которые показывают бассейн.

— Я посмотрю, что можно сделать, — говорит Рональд, садясь за стол и неуверенно щелкая мышкой. — Мы получили камеры наблюдения только в этом году, поэтому я не совсем знаком с системой. Мне приходилось просматривать записи только дважды, когда миссис Питерсон настаивала на том, что кто-то стучит в ее дверь….

— Так и было? — спрашивает Данте.

— Нет, — усмехается Рональд. — Это был ее какаду в квартире.

Рональду удается найти запись из бассейна и перемотать на два часа назад.

— Это единственная камера там? — спрашивает Каллум.

— Да. На каждом этаже только одна, — отвечает Рональд.

Камера установлена высоко в углу, так что в поле зрения попадает почти весь бассейн. Мы видим шезлонги по обе стороны бассейна, шкаф, в котором хранятся все дополнительные полотенца, и вход, через который люди входят и выходят, направляясь к лифтам. Однако левый нижний угол бассейна отрезан.

На зернистых кадрах мы видим, как мать с двумя маленькими детьми плавает в бассейне, затем группа подростков лежит на шезлонгах, а пожилой мужчина плавает кругами. После этого бассейн пустеет, и долгое время там вообще никого нет.

Наконец, я вижу свою собственную фигуру, идущую по плитке. Я смотрю, как я включаю музыку, затем кладу телефон на ближайший шезлонг, на сложенное полотенце. Спокойно и не обращая внимания на то, что сейчас произойдет, я подхожу к бассейну и ныряю в него.

Мое сердцебиение учащается по мере того, как секунды отсчитывают время до того, что, как я знаю, должно произойти. Я чувствую нелепое желание выкрикнуть предупреждение самой себе. Я смотрю, как моя крошечная фигурка плавает взад и вперед по бассейну, зная, что в любую секунду этот момент может прерваться.

То, что происходит дальше, выглядит на видеоэкране до странности безобидно. Я просто опускаюсь под воду и исчезаю. Камера находится слишком далеко, а разрешение слишком слабое, чтобы разобрать, что происходит на самом деле. Вы можете видеть вспенивающуюся воду и темную тень фигуры внизу, но невозможно сказать, что на самом деле там, внизу, два человека, сцепившихся в смертельной схватке.

Я понимаю, что если бы водолаз успешно удерживал меня, то камера запечатлела бы только мое тело, всплывающее на поверхность лицом вниз. Это выглядело бы так, будто у меня начались судороги, и я утонула. Никто бы не узнал, что я была убита.

Я смотрю, как я борюсь и сражаюсь под водой, просто темное пятно в дымке пузырьков. Не осознавая этого, я задерживаю дыхание.

Кэл напрягается рядом со мной, и я слышу, как Данте сердито ворчит. Я знаю, что они чувствуют себя такими же беспомощными, как и я, наблюдая за тем, что уже произошло, и не в силах ничего с этим поделать.

Когда моя фигура снова всплывает на поверхность, я делаю глубокий вдох в удушливом пространстве комнаты безопасности. Я смотрю, как маленькая Риона выбирается из бассейна и бежит к лестнице.

Не сумев убить меня, ныряльщик отказывается от ухищрений. Он тоже выходит из бассейна, отягощенный кислородным баллоном и неспособный в полной мере использовать правую руку из-за заколки, впившейся в трапециевидную мышцу. Я не вижу заколку на видео, но я вижу жесткость этой руки и то, как дайвер предпочитает левую.

Рональд слегка вскрикнул при виде водолаза. До этого момента он не понимал, на что смотрит.

— Кто это, черт возьми, такой? — кричит он.

Мы не обращаем внимания на Рональда. Мы смотрим, как аквалангист снимает ласты. Кажется, он не заинтересован в погоне за мной. Вместо этого он берет с шезлонга мой мобильный телефон и уносит его с собой.

Только когда он уходит, я снова могу вздохнуть свободно.

— Перемотай видео, — говорит Кэл. — Я хочу посмотреть, когда он попал в бассейн.

Рональд несколько раз прокручивает запись вперед-назад. Мы не видим, как человек входит в бассейн.

— Подожди, — ворчит Данте, указывая толстым пальцем на экран. — Что это?

Он указывает на момент за тридцать минут до того, как я вошла в бассейн. На камеру не попадает ни одна фигура. Но я вижу, как в левом нижнем углу экрана по воде пробегает рябь.

— Он вошел в бассейн прямо в этот момент, — говорит Данте.

— Он остался за кадром, — Каллум хмурится. — Он знал, как не попасть под камеру.

— Это единственный путь на крышу? — Данте спрашивает Рональда, указывая на главный вход.

— Нет, — Рональд качает головой. — С другой стороны есть лифт для технического обслуживания. На камере его не видно. Я сказал им, что у нас должно быть по два лифта на этаж, в обоих направлениях…

— У кого есть доступ к лифту для технического обслуживания? — перебивает Кэл.