Аид раздал каждому из них по пять карт. Они взглянули на свои карты, а потом посмотрели друг на друга. Наконец богиня разложила свои карты на столе лицом вверх. Аид сделал то же самое.

– У вас две дамы, – отметил он. – А у меня фулл-хаус.

– Значит… вы выиграли, – сказала она.

– Да, – ответил он и сразу же потребовал свой выигрыш: – Против кого вы бунтуете?

Она иронично улыбнулась.

– Против своей матери.

Бог приподнял бровь:

– Почему?

– Вам придется выиграть еще раз, чтобы я ответила.

Он с готовностью раздал карты. Выиграв во второй раз, он не задал вопрос, а просто посмотрел на нее.

Девушка вздохнула.

– Потому что… я на нее разозлилась.

Она произнесла это с такой горечью в голосе, что он задался вопросом, какие отношения у нее были с матерью. Боги никогда не были лучшими родителями, и время ничего не изменило.

Аид уставился на нее, ожидая, что она объяснит, но богиня лишь усмехнулась.

– Вы не говорили, что ответ должен быть подробным.

Он улыбнулся ей в ответ:

– Отмечу на будущее, обещаю.

– На будущее?

– Я надеюсь, это не последний раз, когда мы играем в покер.

Аид не был уверен, что означало выражение ее лица, но у него появилось ощущение, что она не планировала снова встречаться с ним после сегодняшнего вечера. Что-то вдруг колыхнулось у него внутри – чувство, близкое к страху.

Он должен увидеть ее снова. Иначе он сойдет с ума.

Бог снова раздал и снова выиграл.

– Почему вы разозлились на свою мать?

Она на мгновение задумалась.

– Потому что… она хочет, чтобы я была той, кем я быть не могу.

Именно в этот момент Аид понял кое-что о ее душе, и для этого ему даже не нужно было смотреть на нее. Эта богиня все еще пыталась найти себя.

Она опустила взгляд на карты.

– Я не понимаю, зачем люди это делают.

Он склонил голову набок:

– Вам не нравится наша игра?

– Нравится. Но… я не понимаю, почему люди играют с Аидом. Почему они хотят продать ему свою душу?

«А вы никогда ничего отчаянно не желали?» – хотелось ему спросить.

– Они соглашаются на игру не потому, что хотят продать свою душу, – ответил он. – Они делают это, так как думают, что могут выиграть.

– А они выигрывают?

– Иногда.

– Его это злит, как думаете?

Задав этот вопрос, она поджала губы, и ужас сковал его грудь. Эта богиня была связана с Деметрой, а это значило, что она слышала о нем все самое худшее. Если Аид надеялся разрушить миф, возведенный вокруг него, то ему придется провести с ней немало времени, а значит, она должна узнать, кто он. Так что он дал правдивый ответ на ее вопрос:

– Дорогая, я выигрываю в любом случае.

Ее глаза округлились, и она тут же встала, едва не уронив стул. Он никогда прежде не видел, чтобы кто-то так торопился покинуть его общество. Его имя вырвалось из ее рта, словно ругательство:

– Аид.

Он вздрогнул. «Повтори», – хотелось ему приказать, но он промолчал. Глаза бога потемнели, он сжал губы. Этот взгляд будет вечно его преследовать. Она была ошеломлена, напугана, растеряна. Она совершила ошибку – это было видно по ее лицу.

– Мне пора идти.

Она развернулась и бросилась прочь от него так, словно за ней мчалась сама Смерть, чтобы украсть ее душу.

Аид подумал о том, не стоит ли побежать за ней, но он знал, что это не важно. Она вернется. Она потеряла себя в нем, и он оставил у нее на руке метку, означающую, что, пока она не выполнит его условия, она принадлежит ему.

Он залпом допил свой виски и улыбнулся.

Возможно, пари с Афродитой не такое уж и невыполнимое.

Я искренне надеюсь, что вы получили от чтения этой книги такое же удовольствие, как я – от ее написания. И если это так, я буду признательна вам за короткий отзыв на Amazon или на вашем любимом книжном сайте. Отзывы крайне важны для любого автора, и даже одна-две строки имеют огромное значение.

Я никогда не думала, что буду писать романы. Но в прошлом году я набралась смелости и начала с пересказа истории Аиды и Персефоны.

Мне всегда нравилась греческая мифология. Она такая зловещая, жестокая и порочная. Что касается мифа об Аиде и Персефоне, меня всегда интриговала личность Персефоны, которая была не только богиней весны, но и хозяйкой царства мертвых. Она, как многие другие, балансировала между светом и тьмой.

Начав писать об Аиде и Персефоне, я делала короткие заметки – кусочки диалогов между ними двумя, которые возникали у меня в голове, так что я начала размещать отрывки в Tumblr. Вот первый из них:

Мой сад – моя отдушина.

Единственная жизнь в этом ужасном месте, в этой темной пустыне.

У роз сладкий аромат. У полевых цветов – горький. Звезды ярко сверкают.

В глубине души я восхищаюсь тем, как он создает такую иллюзию. Как он смешивает запахи и текстуры – словно художник, наносящий мазки и точки.