Поэтому я просто должен убедиться, что она не убежит — все просто. Я обхожу машину и подхожу к водительской двери, запускаю двигатель. Выезжаю, ставлю машину на режим «парковки», выпрыгиваю из машины, чтобы закрыть двери гаража, и мы уезжаем. Дышится легче, когда мы очищаем Нейту подъездной путь, и становится намного лучше, когда мы выезжаем на шоссе без какой-либо нити, соединяющей нас. Я догадываюсь, что машина украдена, но все же попытаю удачу на границе штатов.

— Тебе просто нужно было убить меня, — говорит она через десять минут после нашего отъезда. Ее голос звучит глухо. — Было бы лучше.

Мои внутренности скручивает от осознания того, как хорошо я знаю этот тон.

Твою мать.

— Не глупи. Ты никогда не хотела умереть вместо того, чтобы жить.

Она сидит настолько далеко от меня, насколько это возможно. На грани плача.

— Так было бы лучше.

— Прекрати это, — говорю я сквозь зубы. Я хочу, чтобы умная мисс Уинслоу вернулась. Боец, женщина, которая провела меня, которой я рассказал больше, чем хотел. Женщина, которая понимает вещи, которые не дано понять другим. Я не хочу, чтобы она себя так чувствовала. И не хочу быть тем, кто заставляет ее плакать. Все это потому, что ее оттрахали?

— Ты должна достигнуть места внутри себя, найти маленький уголок, где ты знаешь, что все в порядке. Ту часть тебя, которую никто не в силах у тебя отнять.

— Даже ты? — ее голос тихий.

Даже я. Я хочу сказать. Но мое внимание привлекает кое-что другое. Прямо под знаком «стоп» стоит машина и никаких других машин поблизости. Может быть, кто-то, кто набирает текстовое сообщение или рассматривает карту. Кто-то безвредный.

Или же кто-то наблюдает. Выжидает.

— Я даже не понимаю, о чем ты говоришь, — бормочет она.

— Чушь собачья! Ты понимаешь!

Она разговаривает со мной. Общается. Нужно беспокоиться о тихонях. Они склонны проглотить лезвие бритвы, пока вы не смотрите.

Боже, кровотечение. Кровотечение никогда не останавливалось. Я заталкиваю воспоминания обратно, вглубь, где им и место.

Она свирепо смотрит на меня.

— Это ты даешь мне советы о том, как выжить такому парню, как ты? Потому что это немного хреново, даже для тебя.

Я рад видеть ее отпор. Даже если это направленно на меня, я рад этому.

Машина по-прежнему там. Я слишком далеко, чтобы увидеть, сколько людей в салоне и слишком далеко, чтобы увидеть, тонированы ли окна. Я мог бы сделать разворот и поехать в обратном направлении, чтобы посмотреть, будут ли они преследовать. Но это как помахать красной тряпкой у них перед носом, если это парни губернатора. Я хватаю бейсболку и натягиваю ее на голову.

— Пригнись!

Она смотрит по сторонам и видит только солнечное голубое небо и поля, и синий седан на расстоянии.

Я хватаю ее за шею и толкаю вниз. Они не знают эту машину. Много парней ездит в бейсболках. Я замедляюсь на остановке. Тонированные окна. Дерьмо! Я жду, затем еду.

Блестящий синий автомобиль двигается следом. Это по-прежнему может ничего не значить. Или, возможно, они подозревают и вызывают подмогу.

Я знал, что ФБР могут отслеживать меня, и я достаточно доверял своим навыкам уклонения от преследования, чтобы уйти. Черт, они всегда срабатывали раньше. Только однажды я был пойман, и это было из-за губернатора. Губернатор, чьи парни сейчас преследуют меня. Это должно быть они. Это плохо.

Мои руки сжимаются на руле.

— Если запахнет жареным, то ты будешь бежать как одержимая, все поняла?

— Что?? — она звучит недоверчиво.

Мои губы растягиваются в слабой улыбке. Она думает, что я самый большой и самый опасный парень в округе, что довольно мило. Но она ошибается.

— Если что-то случится, ты бежишь. И не доверяй никому в большой блестящей машине или на внедорожнике. Также не доверяй знакам этого городишки. Возвращайся в большой город. Позвони в ФБР. Скажи им, что ты была взята в заложники, и тебе удалось освободиться. Они приедут забрать тебя.

— Что происходит?

— Я говорил тебе, детка. Проблема.

Ее глаза сверкают в неверии, и я знаю, что в этом есть какая-та ирония. У меня неприятности. Но я не хочу, чтобы она ушла на дно вместе со мной. Это важно. Она важна мне.

Машина по-прежнему здесь, на хвосте, теперь ближе. Я резко дергаю руль в сторону и съезжаю на обочину. Автомобиль проезжает мимо, затем останавливается на стоянке, на середине улицы впереди.

Выходит, что они следовали за мной. Игра началась.

Я делаю резкий разворот и с визгом въезжаю на дорогу, двигаясь в противоположном направлении, вниз по дороге. Внедорожник ускоряется, синий автомобиль двигается за нами.

Эбби вскидывает голову вверх и заглядывает через спинку сиденья. Как раз в тот момент, когда снаружи слышится выстрел.

— Иисус! — Я поворачиваю машину в сторону, чтобы сбросить их. Она возвращается вниз, съежившись на сидении. Я пробегаю рукой по ее волосам, чтобы успокоить себя. Они не попали в нас, не попали в нее, но теперь я зол. Никто не стреляет в Эбби.