— Ничего, — отвечает Дейзи, сияя. — Но если кто-то угостит нас коктейлями, мы не откажемся.

Он подмигивает.

— Договорились.

— Думаешь, он понял? — шепчу я, когда он отходит.

Она пожимает плечами.

— Какая разница? Все используют секс для чего-нибудь.

— Для любви? Для удовольствия?

— Это не сказка, милая. И если ты не хочешь возвращаться сюда каждую неделю, держи свою цену. Они будут просить всю ночь, но ты даёшь только час. Тогда, если им захочется дольше, пусть выкладывают ещё пятьсот.

— Тысяча долларов. — Больше денег, чем я когда-либо держала в руках.

— Конечно, они попытаются сбить цену. Ни при каких обстоятельствах не опускайся ниже двухсот в час. Я серьёзно.

— Люди вообще носят с собой такие наличные?

— Конечно носят. Для богатых это как десять баксов.

— По-моему, сейчас почти нигде не принимают наличные.

— Ну, всегда можно взять через Venmo.

Я вздрагиваю.

— И оставить след?

— Федеральному правительству плевать, чем ты занимаешься, детка. Хотя, если боишься, можешь отправить его вниз к консьержу за наличкой. Он точно не первый, кто побежит за деньгами с стояком.

— Господи.

— Если он оставит тебя одну в номере, обязательно разори мини-бар. Маленькие бутылочки отлично помещаются в рюкзак между парами.

— Скажи, что ты шутишь.

— Доверься мне. Химическая инженерия гораздо понятнее, когда ты поддатая.

У нас с Дейзи, если честно, мало общего. Кроме того, что мы обе — стипендиатки полного пансиона, живём в самом обшарпанном общежитии Тэнглвудского университета, нас поселили вместе в первый год — и с тех пор мы не расстаёмся. Мы обе довольно аккуратные, сосредоточены на учёбе и, что важнее всего, не напиваемся до такой степени, чтобы обоссать ковёр, как это сделала первая соседка моей подруги Эллисон.

— Ну, — тянет она многозначительно, — всегда можно попросить у Аарона.

Я кривлюсь.

— Ни за что.

— Да ладно, он горячий. В таком… братском стиле.

— Он… милый.

Он куда больше, чем милый. Он — тот самый крутой парень кампуса. Тот, с кем хочет быть каждая девчонка и дружить каждый парень. И одно время казалось, что я ему интересна. Он позвал меня на кеггер, но когда я отказалась вливать в себя достаточно тёплого пенного пива, чтобы подняться с ним в спальню наверху, он просто вызвал мне «Убер» домой.

А позже я узнала, что он переспал с другой.

— Главное — он при деньгах. Он может просто смахнуть папину кредитку на пару тысяч — и никто даже не заметит.

— Мы с ним даже не встречаемся по-настоящему. Все только и говорят о его бесконечных перепихонах.

— Я не предлагаю тебе за него замуж выходить. Просто позволь ему тебя купить.

— А потом переспать с ним?

— Скорее всего.

— Ну, если уж мне придётся заниматься сексом за деньги, я лучше выберу незнакомца. А не того, кого потом каждый день видеть на кампусе.

— Отлично, потому что вот и клиент идёт. Помни: улыбайся, хихикай и тряси сиськами.

— О боже.

— Просто представь, что он — один из тех старых стихов, которые ты так любишь. Тогда тебе будет интересно.

К нам приближается мужчина достаточно старый, чтобы быть нашим дедушкой: белые волосы, строгий костюм, глаза жадно скользят по нам.

— Добрый вечер, дамы. Вы выглядите восхитительно.

— Огромное спасибо, — мурлычет Дейзи. — Очень приятно познакомиться.

— Можно угостить вас напитками?

— Виски, — говорит она. — Чистый. Я умираю от жажды.

Он приподнимает кустистую седую бровь, глядя на меня.

— А вы?

— Воду, спасибо.

Дейзи бросает на меня предостерегающий взгляд.

— Ты уверена?

— Я… то же самое. Виски. — Как она сказала? — Чистый.

Между нами повисает неловкая пауза. Дейзи смеётся, чтобы её разрядить.

— Мы только что приехали из другого города, и моя подруга страдает от смены часовых поясов.

— Бедняжка, — говорит он без малейшего сочувствия. Более того, он даже не смотрит мне в лицо. Он уставился на мою грудь так, будто я — товар на витрине.

Чем, собственно, я и являюсь.

Кожа покрывается мурашками.

—Да... я очень устала. Возможно, мне придётся рано лечь спать.

— Не глупи, — говорит Дейзи с многозначительным взглядом. — Сегодня нас ждёт столько веселья.

Она особенно выделяет слово «веселья», и в голове тут же всплывает образ того учебника по экономике. Как ещё я должна добыть двести долларов к следующей неделе?

— Веселье, значит? — повторяет мужчина. — Я обожаю хорошо проводить время. Меня зовут Сол.

Господи. Родился ли хоть один Сол в прошлом веке?

— Что ж, Сол, вы выглядите как человек, который умеет наслаждаться жизнью.

Дейзи игриво толкает его в плечо — и он воспринимает это как разрешение придвинуться вплотную, так близко, что ей приходится задирать голову, глядя на него. Её глаза сияют так, будто ей действительно весело, и это… больно смотреть.