Справа от меня возникло движение. Фэйри расступились, пропуская Аттора. Я замерла. Аттор шел ко мне, отвратительно улыбаясь и демонстрируя многочисленные зубы. Амаранта махнула рукой, указывая на стену за моей спиной. Глаз Юриана в ее перстне зловеще вспыхнул.

– Я хочу знать твое настоящее имя. Снова называться чужим не советую. Ты уже знаешь, какими бывают последствия.

Меня обволокло черным облаком. Я почувствовала себя распятой на стене, но даже это не заставило меня открыть рот.

– Ризанд, подойди, – велела Амаранта.

Мое сердце придавило свинцовой гирей, когда я услышала легкие, даже небрежные шаги. Потом они смолкли. Ризанд остановился недалеко от меня. «Только тебя здесь не хватало».

Краешком глаза я видела, как верховный правитель Двора ночи поклонился Амаранте в пояс. Ночь и сейчас окутывала его едва заметным плащом.

– Скажи, не эту ли девчонку ты видел в поместье Тамлина?

Ризанд сдул со своего черного камзола невидимую пылинку. В его фиолетовых глазах сквозили скука и презрение.

– Кажется.

– Ах, тебе кажется! – сердито подхватила Амаранта. – Не ты ли утверждал, что вот она и есть та, кого ты застал в столовой?

Палец Амаранты указал на труп Клеры.

– Для меня все люди на одно лицо, – ответил Ризанд, засовывая руки в карманы.

– А что ты скажешь про фэйри? – спросила Амаранта, одарив его приторно-сладкой улыбкой.

Ризанд снова поклонился. Изящно, будто в танце.

– И среди фэйри достаточно заурядных лиц. Только твое лицо – непревзойденный шедевр природы.

Если бы я сейчас не балансировала между жизнью и смертью, засмеялась бы от столь грубой лести.

«Для меня все люди на одно лицо…» Он врал. Ризанд прекрасно меня помнил со дня нашей встречи в поместье. Амаранта снова посмотрела на меня. Усилием воли я изобразила на лице полное безразличие.

– Как ее зовут? – спросила у Ризанда Амаранта.

– Откуда мне знать? Она мне соврала.

Ризанд играл с Амарантой. Или у него такая манера шутить, вроде «шуточки» с подброшенной головой, или… передо мной разыгрывалась фэйская придворная интрига.

Что меня ожидало? Амаранте стоит лишь приказать, и невидимые когти Ризанда снова вопьются мне в мозг. Я продолжала молчать, только молила забытых богов, чтобы Неста меня послушалась и наняла охрану и дозорных, а главное – убедила отца сделать все необходимое для безопасности семьи.

– Значит, девка, ты решила со мной поиграть. Я не против. Только давай немного разнообразим игру.

Амаранта щелкнула пальцами, подавая сигнал Аттору. Тот кого-то вытащил из толпы. Мелькнули рыжие волосы. Я замерла. Это был Ласэн. Аттор держал его за воротник зеленого камзола. Нет. Нет!

Ласэн дергался, безуспешно пытаясь вырваться из цепких когтей Аттора. Ухмыляясь, Аттор заставил его опуститься на колени, после чего ослабил хватку.

Амаранта указала на Ризанда. Верховный правитель Двора ночи вопросительно поднял брови.

– Пошарь у него в мозгах, – приказала Амаранта.

У меня сердце ушло в пятки. Ласэн замер, его шея заблестела от пота. Ризанд поклонился Амаранте и повернулся к Ласэну.

Из толпы вышли четыре рослых рыжеволосых фэйца, загорелых и мускулистых. Кто-то из них казался воином, готовящимся к бою, кто-то больше походил на учтивых фэйских придворных. Все они смотрели на Ласэна и ухмылялись. Это были четверо оставшихся сыновей верховного правителя Двора осени.

– Может, посланник, ты сам назовешь ее имя? – спросила Амаранта.

Ласэн мельком взглянул на Тамлина, потом закрыл оба глаза и расправил плечи. Ризанд заулыбался. Я вздрогнула, вспоминая невидимые когти, терзавшие мой мозг. Наверное, проникнуть в мозг Ласэна Ризанду ненамного сложнее.

Братья Ласэна затаились, предвкушая развлечение. На их красивых лицах не мелькнуло ни сожаления, ни страха. Только кровожадная жестокость.

– Ласэн, я думала, ты усвоил урок, – вздохнула Амаранта. – Хотя на сей раз твое молчание столь же пагубно для тебя, как тогдашняя болтовня.

Ласэн стоял с закрытыми глазами. Он был готов к вторжению Ризанда в свой мозг. К чему еще он приготовился? Об этом я старалась не думать.

– Как ее зовут?

Теперь Амаранта обратилась к Тамлину. Тамлин не ответил. Он следил за братьями Ласэна, словно запоминая, кто из них улыбался шире остальных.

Амаранта сделала вид, что призадумалась.

– А уж твои красавцы-братья точно не знают, как зовут эту девчонку, – сказала она, поворачиваясь к Ласэну.

– Госпожа, если бы мы знали ее имя, мы бы первые тебе сказали, – отозвался самый рослый из братьев.

Он был худощавым. Судя по одежде и манерам – придворная тварь, с детства обученная фэйским интригам. Похоже, самый старший. Остальные трое – попроще. Точно старший. Вон с каким подобострастием глазеют на него эти высокородные придурки. Они его даже побаивались.

Амаранта наградила его благосклонной улыбкой и махнула рукой. Ризанд запрокинул голову. Взгляд сощуренных глаз остановился на Ласэне.

Ласэн сжался. Из горла вырвался сдавленный стон.