Под конец мы тяжело дышали и едва держались на ногах. А в летнем лесу образовался небольшой город людей. Риз исчерпал свою силу до такой степени, что едва смог перебросить нас в наш шатер. Он уснул, едва уронив голову на подушку и разметав крылья. Слишком велико было его напряжение. Слишком щедро растрачивал он себя.

Я смотрела на спящего Риза, слушала его дыхание.

Мы все знали, чем может кончиться завтрашний день. Поле сражения может оказаться последним, что мы увидим в своей жизни.

Хотелось надеяться, что наш пример вдохновит и других на борьбу с Сонным королевством, но… Мы знали свою участь. Риз, те, кого я привыкла называть семьей, – они будут сражаться, ценой своей жизни оплачивая время, пока мы с Амреной и сестрами будем пытаться совладать с силой Котла. Кто-то погибнет раньше, чем мы к нему подберемся.

И жертва каждого будет добровольной. Возможно, кто-то и испытывал страх, но не показывал его.

Я откинула Ризу волосы со лба. Они были мокрыми от пота.

Я знала: Риз готов принести себя в жертву первым. Раньше других. Знала, что он попытается это сделать, как делал прежде. Привычка жертвовать собой была неотъемлемой чертой его характера. Он сжился с нею, как с руками, ногами и крыльями. Эта готовность приходить на помощь, защищать. Но прежде рядом с ним не было меня. А я не соглашусь на его жертву, пока не исчерпаю все свои возможности.

В разговорах со мной Амрена почему-то ни разу не упомянула Бриаксиса. Похоже, она про него забыла. Но если вмешательство Бриаксиса хотя бы отчасти облегчит участь Риза и моих друзей, пока мы вчетвером подбираемся к Котлу… Если чудовище из подземелья сможет дать нам хотя бы маленький шанс уцелеть… тогда участие Костореза увеличит этот шанс.

Меня не волновала ни цена, которую мне придется заплатить, ни риск. Я смотрела на усталое лицо Риза. Напряжение не оставляло его даже во сне.

Риз и так отдал достаточно. Если встреча с Урбосом сломает меня, сведет с ума и разорвет на части… Амрене не нужен мой разум. Ей требуется мое присутствие, мое тело. А остальное… если я могла повысить другим шанс на спасение… я охотно это сделаю, расплатившись собой.

Собрав остатки магической силы, я совершила переброс на север. Ко Двору кошмаров.

В недрах горы тянулась винтовая лестница наверх. Она оканчивалась в единственном помещении, находящемся близ вершины. Об этом я узнала из книг, описывавших Урбос.

Я стояла у основания лестницы, всматриваясь в непроницаемую темноту. Холод превращал выдыхаемый воздух в белые облачка. Тысяча ступеней. Столько отделяло меня от Урбоса – зеркала начал и завершений.

«Пойми, Разрушительница проклятия, ты и только ты решаешь, что может тебя разрушить, – говорил мне суриель. – Только ты».

Я засветила над головой шарик фэйского света и двинулась вверх по лестнице.

Я не ожидала увидеть снег и лунный свет. Должно быть, хранилище Урбоса находилось ниже дворца из лунного камня. Оно не имело окон – только щели в стенах, сквозь которые светила луна и воющий ветер наметал снег. Его завывания перекликались с воем волков на горных склонах. Одежда, что была на мне, не спасала от холода. У меня застучали зубы.

На полу и стенах белел сверкающий снег. Он быстро покрыл мои сапоги. Я погасила шарик фэйского света, и хранилище наполнилось серебристо-голубым мерцанием.

А возле дальней стены, припорошенное снегом, стояло зеркало в бронзовой оправе. Урбос…

Оно имело форму диска и было выше моего роста. Немного приблизившись, я увидела, что обрамление сделано в виде змеи, кусающей собственный хвост. Бронзовая змея была крупной, под стать тяжелому зеркалу.

Начало. Конец. Новое начало.

Снег скрывал от меня поверхность зеркала и то, что находилось внутри.

Я заставила себя сделать шаг вперед. Потом еще один.

Ветер сдул часть снега с поверхности Урбоса. Она была черной как ночь и в то же время прозрачной.

Зеркало показывало мое приближение. Мою руку, которую я подняла, чтобы смахнуть снег с лица. Мое изможденное лицо.

Я остановилась в нескольких шагах, не решаясь дотронуться. Зеркало показывало только меня, и больше ничего.

Я пристально искала что-то вроде скрытых пружин, на которые нужно надавить силой магии. Их не было. Только широко открытая пасть змеи, чьи сверкающие острые зубы впились в хвост.

Ежась от холода, я терла озябшие руки. Мое отражение повторяло каждое движение.

– Здравствуй, – прошептала я.

Ответа не последовало.

Холод уже не просто кусал, а жег мне пальцы.

Вблизи поверхность Урбоса была похожа на серое спокойное море. Застывшее. Спящее. Но в верхнем углу я заметила какое-то движение… Нет, не в зеркале. У меня за спиной. Оказалось, я здесь не одна.

По заснеженной стене вниз сползал громадный зверь. Туловище его частично было покрыто мехом, а частично – чешуей. Зверь направлялся ко мне, открыв пасть с длинными острыми зубами.