Даже голос у него был таким же прекрасным, как первый всплеск рассвета на горизонте. Риз ответил сдержанным кивком и подал мне руку.

Мгновением позже на веранде появилась Мор. Кассиан держался возле Азриеля. Неста стояла рядом с нею.

– Риз, если тебе вздумается построить новый дом, возьми этот за образец, – сказала Мор.

Риз недоуменно посмотрел на нее. Кассиан с Азриелем тихо усмехнулись.

Слуга повел нас не по арочной галерее, которой оканчивалась веранда, а по винтовой лестнице, опоясывающей стену башни.

За исключением Мор, мы все выглядели здесь чужаками. Но я впервые видела на лице Несты искренний восторг. Ее восхищал этот замок в облаках и зеленые холмы вокруг. Среди зелени были вкраплены деревушки. Домики с красными крышами казались отсюда совсем игрушечными. Под утренним солнцем блестели широкие реки. Благодатный зеленый край, наслаждающийся теплом и запахами лета.

Наверное, таким же было и мое лицо, когда я впервые увидела Веларис. Восторг. Осознание, что мир огромен, прекрасен и способен завораживать. А следом – совсем детская досада от невозможности разом увидеть и насладиться всеми его красотами.

Этот дворец не был единственным. Остальные располагались в небольших городках, где жили искусные ремесленники, прославившиеся изготовлением часов и хитроумных вещиц. (Мне сразу вспомнился металлический глаз Ласэна.) Но здесь, кроме деревушек на холмах, не было больше ничего. Только дворец, небо и облака.

Меня удивило отсутствие перил с внешней стороны лестницы. Невысокий ограждающий бортик, а за ним – узкая кромка и обрыв. Внизу, на золотистых скалах, тянулись кусты бледных роз. Между ними росли пушистые малиново-красные пионы. Упавшего ждала красивая смерть среди цветов.

Чем выше – тем меньше внимания обращала я на окрестные красоты и тем больше сосредотачивалась на ступеньках. Рука Риза, державшая мою руку, ни разу не дрогнула. Как и его крылья. Сам он ни разу не споткнулся.

В глазах Риза я увидела вопрос: «А как ты считаешь: мне стоит изменить убранство нашего дома?»

Лестница вывела нас в просторные помещения, не имевшие сплошных стен. Мебель там заменяли большие шелковые подушки и бархатные ковры. В других залах были окна с причудливыми узорами цветных стекол. В громадных вазах синела лаванда. Повсюду журчали фонтаны, ловя лучи нежаркого солнца.

«Нам незачем соревноваться с другими дворами», – ответила я.

Риз еще крепче сжал мою руку. «Если дворец Тесана и превосходит красотой Дом ветра, только у меня есть такой подарок судьбы, как верховная правительница».

Я невольно покраснела. Особенно когда он прибавил: «Я хочу, чтобы ночью в постели на тебе была эта корона. И больше ничего».

«Негодяй!»

«Неизменно».

Я улыбнулась. Риз наклонился и поцеловал меня в щеку.

Шедшая следом Мор вознесла мольбы неведомо кому, прося избавить ее от лицезрения истинных пар.

Нам пришлось подняться еще по одной лестнице, уже внутри башни. Она выводила на самый верх. Вскоре мы услышали голоса. Одни звучали низко и глухо, другие – резко, третьи – мелодично.

Лестница вывела нас в зал без крыши. Сводчатые окна не имели стекол.

«Трое уже здесь», – предупредил меня Риз. Должно быть, такое же предостережение, но шепотом, сделал Азриель: «Хелион, Каллиас и Тесан».

Верховные правители Дворов дня, зимы и нашего хозяина – зари.

Берон и Таркин еще не появились. Тамлин тоже.

Вряд ли Тамлин вообще появится, но Берон и Таркин… Возможно, недавнее сражение заставило Таркина согласиться на встречу. А вот Берон… Я вполне допускала, что вопреки ухищрениям Эриса коварный Берон уже вошел в союз с Сонным королевством.

Когда мы входили на крышу башни, у Риза дрогнул кадык. Оказалось, что с другой стороны башня длинным мостом соединялась с главным зданием дворца. Перила моста утопали в зеленом окаймлении глициний с их нежными цветками. Интересно, остальные гости тоже поднимались по этой длинной и далеко не безопасной лестнице? Если нет, не подверглись ли мы оскорблению с самых первых минут пребывания во владениях Двора зари?

«Преграды поставила?» – спросил у меня Риз, хотя он и так знал, что об этом я позаботилась, едва мы покинули Веларис.

Он окружил всех нас защитным куполом, оберегающим от телесных угроз и попыток проникнуть в наш разум.

Лицо Риза оставалось спокойным. Он шел, гордо расправив плечи, однако… «Риз, я вижу тебя насквозь. И нет ни одной частички тебя, которую бы я не любила всем своим существом».

В ответ он стиснул мою руку, затем взял ее так, как требовал этикет, и мы вошли в зал.

«Ты не склоняешься ни перед кем», – только и сказал мне Риз.

Зал, в который мы вошли, соответствовал моим ожиданиям лишь отчасти. В самой его середине большим кругом были расставлены дубовые стулья с мягкими сиденьями – по числу верховных правителей и сопровождающих. Часть стульев была сделана в расчете на крылатых гостей.