Она не помнила, когда начала расхаживать по гостиной взад-вперед. Потом часы на башне ударили два раза. Возможно, они отставали. Или ее часы спешили. На них было две минуты третьего.
Саэм мог вернуться в любую минуту.
В любую минуту.
Должно быть, она прилегла на диван и не заметила, как задремала. Ее разбудил бой башенных часов.
Четыре часа.
Она сейчас снова пойдет искать его. Еще минуту полежит и пойдет. Возможно, Саэм спрятался на ночь в Башне ассасинов. Нет, быть такого не может, хотя… после того, как убьешь Рюка Фаррана, Башня – самое безопасное место.
Селена закрыла глаза.
Рассвет был раздражающе ярким. Болезненным для ее воспаленных, усталых глаз. Селена обошла трущобы, затем двинулась дальше, в богатую часть города. Она внимательно осматривала камни мостовых, заглядывала в каждый желоб, задирала голову, изучая крыши. Никаких признаков Саэма.
Потом она пошла к реке. Затаив дыхание, то спускалась к самой воде, то поднималась. Никаких следов Фаррана или… или…
Или…
Селена не позволяла себе даже мысленно докончить страшную фразу. К горлу подступала тошнота. Преодолевая ее, Селена огибала валуны, останавливалась у решеток сточных канав…
Не зная как, она забрела в гавань. Это заставило ее очнуться. Расправившись с Фарраном, Саэм не мог спрятаться здесь. А что, если он всю ночь где-то отлеживался и теперь вернулся домой?
Селена ухватилась за спасительную мысль. Конечно, Саэм ждет ее дома, а когда она придет, он выбранит ее за трусость, потом они вместе посмеются и будут целоваться. Она быстренько соберет вещи. Нужно будет договориться с повозкой, чтобы ночью, после того как Селена прикончит Жайна, перевезти их скарб. А потом их корабль поднимет паруса и поплывет к устью Авери. Все дальше и дальше, в море. В новую жизнь.
Конечно же, Саэм ждет ее дома.
Он дома.
Дома.
Полдень. Быть того не может.
«Может», – возразили башенные часы, пробив двенадцать раз.
Селене хотелось взлететь на второй этаж, но она нарочито медленно поднималась по ступенькам. Прислушиваясь. Присматриваясь. Принюхиваясь. Возле серебристо-зеленой двери она остановилась, тщательно выискивая малейшие признаки возвращения Саэма.
И вдруг в ее ушах пронзительно зазвенела тишина. Звон усиливался. Селене показалось, что тишина с самой ночи охотится за ней. До сих пор удавалось убегать. Больше бежать некуда. Сейчас тишина обступит ее со всех сторон, и тогда… все изменится.
Селена стояла и смотрела на дверь. Только сейчас она заметила, что та отперта и слегка приоткрыта. В смятении Селена сдавленно вскрикнула и рванулась вперед. Сначала она наорет на него. Потом поцелует. Потом снова наорет. Как он смел заставлять ее…
На диване сидел Аробинн Хэмел.
Селена остановилась как вкопанная.
Предводитель ассасинов встал. По его глазам она уже знала, какие слова услышит. Он мог бы вообще ничего не говорить, но он сказал.
– Поверь, мне очень жаль, – шепотом произнес Аробинн.
И тогда пронзительная тишина нанесла свой последний удар.
Глава 8
Селена не помнила, как очутилась перед камином.
– Они думали, что он по-прежнему живет в Башне, – все тем же жутким шепотом сказал Аробинн. – Его оставили у дверей… как послание.
Она схватила с каминной полки часы.
– Селена, – выдохнул Аробинн.
Размахнувшись, она швырнула часы через всю гостиную. Они ударились о стену позади обеденного стола и разлетелись на множество кусочков, разбив попутно несколько красивых тарелок на буфетном столике и сбросив на пол серебряный чайный сервиз.
Этот сервиз Селена покупала сама. Часы были подарком Аробинна. Он заказывал их у известного мелисандского мастера.
– Селена, – повторил Аробинн, качая головой.
Она безучастно смотрела на обломки часов, осколки тарелок и разбросанный сервиз. Эта тишина никогда не закончится. Конца не будет. Только вечное начало.
– Я хочу увидеть тело.
Селена усомнилась, что рот, произнесший эти слова, был ее.
– Нет, – мягко возразил Аробинн.
Она повернулась к нему и, оскалив зубы, повторила:
– Я хочу увидеть тело.
Серебристые глаза Аробинна округлились.
– Не нужно этого делать, – сказал он, качая головой.
Только не стоять на месте. Надо двигаться. Идти. Все равно куда. Сейчас она застыла как изваяние… А если она еще и сядет…
Селена вышла. Спустилась вниз.
Улицы ничуть не изменились. Небо было ясным. Ветерок, налетавший с реки, все так же ерошил ей волосы. Только не останавливаться. Идти. Переставлять ноги. Возможно… возможно, они перепутали тело. Или Аробинн намеренно ей солгал.
Она знала: Аробинн идет следом. Он и не собирался таиться. В какой-то момент к нему присоединился Сэльв – образец бдительности и заботы о своем хозяине. Тишина то накатывала, то отступала, и тогда Селена слышала лошадиное ржание, выкрики уличного торговца, детский смех. Но потом исчезли все звуки, и лишь глаза подсказывали Селене, что жизнь вокруг продолжается.