Плющ хихикнула, швырнув фиолетовый цветок с золотым ободком, размером с мяч для софтбола,^[8] в ближайшую арку. Из центра цветка заструился бледно-зеленый дым.

– Красиво, – восхитилась Селина.

Ухмылка Плюща ослепила белизной.

– Лучше повспоминай, встроен ли в твой шлем противогаз.

Противогаз там был, и Селина показала на спрятанную в углу служебную дверь – Плющ пришла оттуда, и там точно открыто.

– Если ты бегаешь так же быстро, как и говоришь, мы отсюда выберемся целыми.

Плющ не удостоила ее ответом, просто повернулась к служебной двери и рванула.

Селина понеслась за ней. Сумка била ей по ноге, а рука все еще сжимала кнут. Она обернулась и увидела, как охранники ворвались в зал и закашлялись.

Она задержалась у двери на мгновение. Просто чтобы они успели заметить ее, костюм и пустое место на стене, где висела картина. А она успела слегка им поклониться – как раз в тот момент, когда охранники вдохнули зеленый дым, который Плющ, скорее всего, придумала в своей лаборатории, смешав разные растения, и рухнули на паркетный пол без сознания.

– Красиво и действенно, – признала она, протискиваясь в дверь, чтобы бегом броситься по лабиринту служебных ходов вслед за Плющом.

Нисса и Талия одобрили бы.

Сирены прорезали ночную тишину, но костюм Селины предоставил ей нужные сведения: полицейские едут к музею, а не за ними, в тихий, богатый район неподалеку от музея, с посольствами и особняками потомственных богачей. Туда любой здравомыслящий преступник отправится в последнюю очередь: на каждом здании висят камеры, а у каждой двери стоят охранники.

Именно поэтому они предпочитали крыши.

Плющ без проблем взобралась по пожарной лестнице на здание за музеем, и у нее не вызывали вопросов скорость или высота – она не отставала от Селины и, не задумываясь, прыгала с крыши на крышу.

Они удалились от музея на три квартала, когда поняли, что следующий дом стоит довольно далеко. Настолько далеко, что прыжок заслуживал тщательных расчетов. Селина замедлилась и неторопливо отдышалась – легкие почти неслышно пружинили в груди. Плющ дышала тяжелей, ее глаза блестели.

Селина изучила проем между зданиями. Полицейские машины, которые только подъехали к музею, окрасили ночное небо всполохами голубого и красного. А волосы Плюща переливались оттенками багрового и фиолетового, холодный ночной ветер трепал шелковые пряди, скрывая лицо под волосами. Тех крошечных цветов не видно – они будто скрылись в рыжей копне, защищаясь.

– Слишком далеко. Спустимся вниз по водосточной трубе, – предложила Плющ, разглядывая проем в перерывах между судорожными вдохами. Селина помотала головой и взмахнула кистью, чтобы выпустить когти. Слишком долго и уведет их далеко от того места, куда ей нужно.

Плющ вздрогнула, сделав шаг назад. Левой рукой она потянулась к карману на костюме, откуда выглядывали вьющиеся розовые лепестки. Селину не слишком интересовало, на что этот цветок способен.

Она показала когтями на проем.

– Это чтобы карабкаться, – сказала она, согнув кончики пальцев.

Очень странно: нужно кому-то что-то объяснять, объяснять свои приемы… Неожиданно, подумала Селина, стать чем-то, кем-то, от кого ждали объяснений.

Призрак-гул.^[9] Она все отдала, чтобы носить этот титул, эту кожу. Прежде она не задумывалась, что это может отрезать ее от других людей. Что на место Селины может прийти другая.

Плющ моргнула, опустив руку, которая тянулась к карману с очередным ботаническим секретом.

– У тебя не получится.

– У меня и не такое получалось перепрыгнуть.

Она не врала. Селина начала отступать назад, прикидывая разбег и скорость, которые нужны, чтобы перепрыгнуть проем и без проблем приземлиться.

Она никогда не задумывалась, что длинный, изнурительный разбег для опорного прыжка может стать подготовкой к совершенно иным заданиям. Не задумывалась, пока не попала в Лигу.

Селина остановилась на другом конце крыши и посмотрела на Плюща.

– Если хочешь со мной, лучше не отставай.

И устремилась к противоположному краю. Мышечная память сработала: тело вспоминало все тренировки, которые вбили ей в кости, в пульс.

– Показуха, – проворчала Плющ, когда Селина пронеслась мимо.

Руки наготове, ноги несут к обрыву, тело готовится к прыжку.

Вам нужно перепрыгнуть через ущелье.

Равнодушный, невозмутимый приказ.

Селина обвела взглядом Ниссу аль Гул и ущелье, расколовшее две гранитные горы. Их окружали беспощадные вершины Доломитовых Альп, которые смотрели так же безжалостно, как и их учитель. К счастью, пятеро послушников (не считая ее) медлили.

Нисса только подняла смуглую, испещренную шрамами руку и указала на узкий выступ и тропу на том конце ущелья.

– Домой ведет только эта тропа. Тропы, по которой вы сюда пришли, больше нет.