У него пересохло во рту от красоты, угрожающей его уничтожить. То был соблазн, преодолеть который невозможно.

Он почти сказал: «да».

В эту минуту он так сильно хотел ее, не только тело, но всю ее — что почти произнес: «да». Да, он примет ее как свою королеву. И ему никогда не придется прощаться с ней, эта великолепная, свирепая ведьма будет с ним все его дни.

Манона потянулась к нему, впиваясь пальцами в его плечи. Дорин приподнялся, касаясь губами ее губ с силой, с нажимом.

Она повела бедрами, сводя его с ума. Ее обнаженное тело заставляло его позабыть обо всем. О лагере вокруг и даже о королевстве, оставшемся на время без защиты.

Ему хотелось прикасаться к ее коже. Не нежных ласк, а уверенных прикосновений.

На каждый его толчок Манона отвечала встречным движением. В каждом ее вздохе звучало: «останься».

Дорин взял ее ногу и поднял выше, делая зазор между их телами меньше. Он застонал, осознавая, насколько идеально их тела подходят друг к другу. Манона поглотила его стон, рукой сжала его спину, задавая более быстрый темп.

Дорин дал Маноне то, что она хотела. Взял то, что хотел. Снова и снова.

Когда они разъединились, у обоих было прерывистое дыхание. Манона едва могла пошевелиться. Она легла на спину, бессмысленно глядя на потолок палатки. Уставший Дорин тоже молчал.

Нужно ли было еще что-то говорить?

Она сказала все то, что хотела. Открылась настолько, насколько могла.

Он ясно видел свой путь. И знал, что такую девушку, как Манона, он не встретит больше никогда.

Его сапфировые глаза задержались на ее лице. Манона повернулась к нему. Медленно он снял звездную корону и отложил в сторону.

Она натянула на них одеяло. Он слегка вздрогнул, когда она придвинулась ближе. Дорин крепко прижал девушку к себе.

Она быстро уснула, а он еще долго лежал без сна, вслушиваясь в ее ровное дыхание.

На рассвете она проснулась в промерзшей постели.

Манона посмотрела по сторонам; заметила отсутствие вещей Дорина и части припасов. Посмотрела на простынь, где ночью лежал король.

Что ж, Дорин отправился в Морат.

И взял с собой оба ключа.

Глава 63

Всю дорогу до берега Флорин Эдион и Киллиан сдерживали панику в войсках, удерживая солдат в строю. Бежать на север — бесполезно, особенно после того, как они услышали бой в костяные барабаны. А больше бежать отсюда и некуда.

Заслышав барабаны, Эдион отдал приказ легиону. Сформироваться.

Эдион шел к линии фронта. Его броня была столь тяжелой, что казалась каменной. Отсутствие меча воспринималось телом, как фантомная боль. Подойдя к Рену, Эдион сказал:

— Сделай одолжение.

Рен был полностью сконцентрирован на застегивании колчана.

— Только не говори, что пора бежать.

— Никогда.

Они находились очень близко к Тералису. Умереть на поле, где десять лет назад пал Таррасен было бы очень уместно. Оросить кровью землю его предков, кости его родственников и придворных.

— Мне нужно, чтобы ты позвал на помощь.

Рен поднял взволнованный взгляд. Его изуродованное шрамами лицо сильно исхудало за последнее время. Когда они последний раз нормально ели? Или получали полноценный отдых? Так давно, что и вспомнить трудно!

Еще один вопрос, волновавший Эдиона: где находилась Лисандра? Та, которую он знал. Прошлой ночью он не искал ее, а она держалась от него подальше.

— Я теперь никто, — грустно усмехнулся Эдион. — Но ты — лорд Альсбрук! Разошли гонцов, отправь Нокса Оуэна. Нам нужна помощь. Разошли гонцов во все стороны, пусть призывают всех, с кем смогут встретиться. Пусть делают что угодно, хоть умоляют, но добудут помощь.

Для подобного приказа полномочия были лишь у Аэлины. А также у Дєрроу и его совета. Но Эдиону было все равно.

Рен остановился; рядом встал Эдион. Оба они прислушались к редким разговорам солдат, что повторялись не раз. Фейри, например, слышали одержимых. А уставшие Эндимион и Селина выступили к линии фронта с левого фланга. Оба они потеряла свой дом. Возможно, кто-то из них переживет это. Чтобы сделал его отец, если бы сын сражался вместе со своим народом?

— Придет ли кто-то? — с сомнением тихо спросил Рен. Он знал, что солдаты тоже прислушиваются. Рен кинул беглый взгляд на мрачные лица, что составляли их армию.

Эдион надел на голову холодный металлический шлем.

— Что ж, десять лет назад никто не пришел. Но возможно, в этот раз они беспокоятся, ведь сейчас война гораздо серьезнее.

Рен схватил его за руку и притянул к себе.

— Там может быть нечего защищать, Эдион!